Не успела закрыть глаза, как зазвонил телефон. Меня разбудила Кристина, сказала, чтобы к двенадцати я была у Мирона. Я подскочила, умылась, быстро собрала вещи, надела джинсовые шорты и майку и с сумкой пошла на выход. Голова немного болела, спать хотелось, но в целом нормально, жить буду.
Я вышла в коридор. Мимо меня рабочие несли деталь со сцены. Я посторонилась, давая дорогу. Мужики шумно переговаривались, на меня дыхнули вчерашним перегаром. Похоже, не одни мы вчера гуляли. Я усмехнулась и пошла на выход. Мне издалека помахал Артём, я помахала в ответ. Надеюсь, ещё увидимся. Я отправила ему воздушный поцелуй, он улыбнулся в ответ и тоже послал. Его окликнули, и он продолжил общение с рабочим, судя по одежде.
Такси подъехало быстро. Я загрузила сумку и ещё двадцать минут досыпала в машине. Вышла вполне бодрая, закинула сумку в свои новые апартаменты, зашла по дороге в столовую и перекусила кашкой. В кабинет к Мирону пришла ровно к двенадцати.
Постучавшись, услышала: «Проходите». Я культурная, всегда стучусь.
Мирон сидел на подоконнике и смотрел на улицу. Он был одет в лёгкие брюки и белую рубашку с коротким рукавом. Я села в его кресло, немного придвинулась ближе. Мы обменялись приветствиями. Он сидел и тёр подбородок в задумчивости.
— Как вчера отпраздновали? — бодро спросила я.
— Да так, — Мирон недовольно посмотрел в окно. — Ирина небольшой скандал мне устроила, хорошо хоть не при всех.
Я понимающе на него посмотрела. Похоже, выслушивал, какая я скотина, раз подсунула его дочери такую песню.
— Не стоит об этом, — резко оборвал себя Мирон.
Я пожала плечами. Мне вообще всё равно, из-за чего скандал. Ирине повода не надо, а если есть — так счастье. Злая я стала, плохо это. Я усмехнулась своим мыслям.
— Всё плохо, Алён. Похоже, Британию скоро объявят врагом России, — сказал Мирон.
— А враг сильно отличается от недружественного государства? — спросила я.
Мирон красноречиво на меня посмотрел, и я не стала развивать мысль.
— Я еду в Ниццу, якобы в отпуск, к Ричарду. Со мной поедет Ирина. Она не в курсе, что по работе, думает, просто в отпуск, — быстро сказал Мирон.
Я растерялась. Неожиданно.
— Мне нужно узнать у Ричарда всё, что возможно, как остановить это сумасшествие. Британские элиты с катушек съехали. Я уже сомневаюсь, правильно ли мы убрали премьер-министра и его зама. Пришёл ещё худший кадр. — Мирон нервно теребил бородку, говорил сбиваясь.
— А что он скажет? Подумайте. У него что, формула есть в кармане, как всё остановить? Что у нас за годы натворили? И у них? — холодно сказала я. — И я против того, чтобы вы лезли в это дело.
Мирон с удивлением посмотрел на меня.
— Как это? — голос был растерянный.
— Не ваш он уровень, — сказала ещё холоднее я. — Вы обычный человек, безусловно умный, энергичный, но у него способности. Даже я не знаю их все. Он опасен.
— Алёнушка, это слишком, — он посмотрел на меня недовольным взглядом.
— Это не слишком. Вы не знаете, как играть в его игру, она опасна. Вы можете быть ему только приятелем, человеком, с кем приятно провести время. На этом всё, — я чеканила каждое слово. Никогда так с ним не разговаривала.
Мирон удивлённо на меня смотрел и не перебивал.
— Если вы считаете, что он вам друг или приятель, это ошибка, — продолжила я.
— Алён, не нужно считать меня наивным. Это не так. Я знаю, что из себя представляет Ричард, — мягко посмотрел на меня Мирон.
— Вы ничего не знаете, и у вас нет на него рычагов давления. Он вас продавит, — закончила я.
Мирон ошарашенно встал, я встала напротив.
— Он и вас, и Ирину продавит под себя. Услышьте меня, — я повысила голос.
— Даже так, — усмехнулся Мирон, посмотрев на меня неверящим взглядом.
Я сглотнула и продолжила:
— Ричард — это не простой человек. У него целая армия сновидящих, — я исподлобья на него посмотрела. — С никому не известными способностями. Как вы можете оценить все его возможности? Вы ничего об этом не знаете. Я тоже ничего не знаю, но хотя бы понимаю, о чём речь.
— Мы уже общались, — аккуратно сказал Мирон. — Всё нормально было.
— Я в курсе, — спокойно ответила я и села на стул. Мирон тоже сел рядом. — Но тогда это было под моим контролем. Сейчас вы собрались с Ириной, без меня.
Мирон сжал челюсть и опустил глаза.
— Он вокруг неё ужом крутится, — продолжила я. — Будет через неё свои идеи продвигать, а может, и напрямую. Пока я так поняла, мы молодцы, помогли Ричарду, а себе сделали ещё хуже. — Я тараторила, руки затряслись. Меня зло начало разбирать. Ричард жучара ещё тот.
— Плюсы относительные, — сквозь зубы пробормотал Мирон. — Мы сильно насолили британским производителям оружия, и они стали ещё злее. Был один монополист, всем остальным не давал заработать. Он ушёл, и стало много мелких. Злых, наглых, желающих занять его место. Пока не знаю, хорошо это или плохо, но мне точно не нравится всё то, что сейчас происходит.
— Зачем там нужны вы? — спросила я.
— Ричард настойчиво нас зовёт, — тихо сказал Мирон. Он сжал крышку стола так, что побелели костяшки пальцев. — Значит, есть интерес.
— Он опасен, — с тоской сказала я, посмотрев на Мирона. Чувствую, что не послушает меня.
— Ричард — единственный наш шанс, — мягко сказал мой начальник. — Никаких других влиятельных людей, которые хоть как-то могут нам помочь, у нас нет. Новая агентурная сеть только начала работу, это другое ведомство. По нашей специализации, агенты влияния, работаем только мы: я, Георгий, Кир и вы. Самые эффективные, других нет.
— Вас нельзя вычеркнуть? — спросила я.
Он отрицательно покачал головой.
— Да и ему глубоко плевать на помощь нам, — жалобно сказала я.
— Знаю, — устало ответил Мирон.
— Но почему вы? — я подскочила и схватилась за спинку стула, со злостью её толкнув. — Вы раньше не выезжали за пределы России по работе. Почему последнее время вы стали работать? Других нет?
— Алёнушка, солнце моё, конечно, я не в восторге. У меня завал, какой отпуск, да и не отпуск это. А вас отправлять к Ричарду — это безопаснее? — спросил Мирон, внимательно на меня посмотрев.
— Безусловно безопаснее, — резко ответила я. — Что он мне сделает? Зубы сточит по самое основание об меня.
Мирон усмехнулся.
— Увы, Алёнушка, то, что могу решить я, вы не можете, — пожав плечами, сказал Мирон, встал со стула и подошёл к окну. Я подошла к нему.
Под окнами Георгий делал какие-то плавные упражнения. Похоже, ему лучше. Скованности не было, руки и ноги красиво и плавно двигались. Завораживающее зрелище. Мы пару минут наблюдали за ним.
— Ночью в бункер, где сидел до недавних пор Георгий, попала противобункерная бомба. Бункер уничтожен полностью, — прошептал Мирон. — Никто не выжил. Там месиво из железа, бетона, земли.
Я поражённо молчала. Мирон крепко сжал мою ладонь. Мы молчали, слов не было. Мы смотрели на Георгия, который был жив благодаря мне. Мирон выпустил мою руку и сел в кресло. У Георгия, похоже, будет ещё один день рождения.
— Я еду. Это не обсуждается, — спокойно сказал он. — Вы остаётесь здесь. Ваша задача — вспоминать и вытягивать энергетические нити.
Я села на стул и тяжело вздохнула.
— Не знаю на сколько, но думаю, на неделю. Я буду аккуратен, — с нажимом сказал Мирон, посмотрев на меня.
Я ещё раз вздохнула, внимательно на него посмотрев. Похоже, пойдут задания на неделю.
— Когда будете вспоминать меня, предлагаю не просто вспоминать, а написать о наших отношениях книгу, — продолжил Мирон, посмотрев мне в глаза.
Я не ожидала такого и удивлённо на него посмотрела. Он пододвинул стул ближе.
— Как это? — я обвела взглядом кабинет Мирона. Это секретный объект.
— Измените место действия, переместите в другой мир. Не мне вас учить. Смысл именно в чувствах и эмоциях. Не только моих, но и ваших. Георгий тоже заслуживает, чтобы вы не просто так его вспоминали, да и Алан с Ричардом. Все. Сделайте это актом магии и отдайте личную историю людям, освободитесь от неё. — Я поражённо смотрела на него, не ожидала таких фраз. Похоже, Георгий провёл лекцию по этому поводу. — Конечно, важно, чтобы никто не догадался. Нужно сильно поработать над сюжетом, — он мягко смотрел на меня.
Я часто моргала, никак не могла прийти в себя от удивления.
— Я хочу, чтобы вы глубоко закопались и разобрались в себе, Алёнушка. — Мирон погладил меня по руке, я улыбнулась. — Мне кажется, всё, что с нами происходит, достойно книги. Я постоянно думаю, что, переманив вас к себе, загубил вашу карьеру писательницы. А с таким сюжетом моя совесть будет чиста.
Он нежно улыбнулся.
— Могу, конечно, но это не быстро, — сказала я, отойдя от шока.
— Я уверен, вы быстро печатаете, опыт есть. — Я кивнула. — Я с удовольствием почитаю книгу, где главными персонажами будете вы и я.
Он прижал мою голову к своей, на пару секунд замер.
— Не забудьте, вы на днях встречаетесь с Аланом. Георгий будет с вами работать, — он отстранился.
— Да как такое забудешь, — сказала я.
— Как не хочу от вас уезжать, любовь моя, — голос Мирона дрожал. — Но я ненадолго.
— Я поняла. Буду всегда на связи. Если что, прибуду быстро, — отчеканила я.
— Мне нужно доделать дела, и я уезжаю. А вам удачи с книгой. Я буду звонить, не волнуйтесь, — мягко сказал он и открыл ноутбук.
Я опустила глаза. Мирон переключился на переписку в ноутбуке. Похоже, ценные указания нужно раздать, пока его не будет.
Я ещё немного посмотрела на него. Потом встала и тихо вышла, оставив его работать.
В коридоре было прохладно и тихо. Я вдохнула поглубже и пошла к себе. Впереди была книга. И жизнь, которую нужно было в неё уместить.
Я решила начать с правды. К чему фантазии? Немного изменю имена, но так, чтобы не запутаться самой. Начну с того момента, как познакомилась с Мироном и Георгием. Наверно, это и есть та самая отправная точка.
«Другой мир, — я задумалась. — Так есть такой. У нас есть параллельные существа. Как раз и напишу, что сюжет протекает в параллельном мире».
У нас у всех есть параллельные существа. Я сама пару раз просыпалась в теле своего, чтобы набрать энергии. Вот что не буду сочинять, так это про осознанные сновидения. Это и так из фантастики. Никто не поверит. Можно правду писать и не стесняться.
Про нашего графа, куда без него. Он вряд ли прочитает мою книгу, так что можно не стесняться, но всё-таки поменяю ему имя, на всякий пожарный. И его сыну. А то забьёт своё имя в поисковик, и тот выдаст ему книгу. Вот будет неприятность для меня.
Напишу, что собирают сновидящих и зачем-то учат. Пока не разобралась зачем. Но я же не умираю, жизнь продолжается. Как узнаю — допишу.
Хотели, чтобы никто не узнал о вас, а я сделаю так, что даже если и узнают, то никто не поверит, что вы не выдумка.
Как всё было, опишу. Немного изменю место действия и где-нибудь добавлю пару нереалистичных деталей. Да кто поверит, что можно просыпаться в другом месте или во сне быть несколькими я одновременно? Никто не поверит. Так что можно и не добавлять, нереальности и так хватает. Одно только то, как я нашего драгоценного графа Ричарда спасала, на настоящий экшен тянет.
Даже не знаю, писать или не писать про свою историю семьи. Совсем ненастоящая история. — Я усмехнулась. — Мой отец — граф. Кино настоящее. Скажут, избитый сюжет, а это правда. Всё правда.
Не буду менять ничего, даже фамилию оставлю как есть. А что? Пусть почитают моё мнение о них, вдруг книга и до их деревни дойдёт. Не могу сказать, что сочувствую им. Те аристократы, что бежали от советской власти, давно умерли, а детей их я не знаю. Чужие люди, мало ли таких по свету.
Сама бы не решилась написать, а так это почти по работе. Приказ начальника. — Я усмехнулась. — Неожиданный финал, очень неожиданный.
Я зашла в свои новые апартаменты, открыла окно. Сюжет готов, надо начинать. Свежий ветер ворвался в комнату. Я аккуратно закрепила штору, чтобы ветер её не трепал, и достала ноутбук. С радостью приступила к работе.
Как я соскучилась по писательству. Как будто в другой жизни.