Ночью я зашла в сновидение и увидела Алекса, он стоял задумчивый на лугу и жевал тростинку, одет был в красивую рубаху белую и штаны из льна, ему очень шло. Он рассматривал пейзаж, было на что посмотреть - зеленая трава, цветы, снопы сена, вдали деревья, породу не смогла рассмотреть, слишком далеко. Я подняла взгляд на небо, а там было обычное солнце, атмосфера планеты Земля была передана в точности, даже не скажешь, что сон.
Я подошла к нему, улыбнулась счастливо и сказала:
— Привет, мне так приятно тебя видеть таким. Ты такой красивый. —
Он осмотрел себя и тоже улыбнулся:
— Сам в шоке. Как деловые люди, вернёмся к обсуждению наших проблем. Я согласен с тобой: я себя потерял, и так дальше нельзя. Это не моя жизнь. — Он взял меня за руки и сказал: — Ты тоже красивая, хоть и всегда в одном и том же спортивном костюме. —
Я осмотрела себя — я была в своём лиловом костюме, в котором ложилась спать. Я улыбнулась, и тут сзади Алекса возник крупный мужчина лет сорока пяти. Одет в джинсы и серую футболку, на ногах кроссовки. Он был частично прозрачный. Мужчина внимательно посмотрел на Алекса, потом на меня и сказал низким голосом:
— Ходящая по мирам, ты закончила с этим смертным? —
Он стал полностью плотным на глазах, прозрачность исчезла. Мы с Алексом смотрели на него во все глаза. Алекс посмотрел на меня и глазами спросил, кто это. Я неопределённо пожала плечами.
Я подошла незаметно к Алексу и немного задвинула его за себя, но он вышел из-за меня. Мы стояли рядом и молчали. Я вообще не знала, что ответить, подумала: может, сам рассосётся, куда-нибудь. Но детская позиция — мало ли. Алекс тоже молчал, явно понимал, что не с ним разговор.
Мужчина подошёл ко мне и спросил:
— Ходящая по мирам, зачем тебе он? Я не пойму. Ты столько энергии на него убила, которая просто мне необходима. Я решил вмешаться. —
Он обратился к Алексу: — Эй, ты. — Голос был немного высокомерен, но без унижения, явно было, что он просто не знает имени и как обращаться к Алексу.
Алекс сказал с улыбкой:
— Меня зовут Алекс. —
Мужчина продолжил:
— Алекс, вы все свои дела решили? У меня с ходящей по мирам дело. Ты тратишь её энергию. Если так надо поговорить, встретитесь в вашем мире — это не проблема для неё. —
Мужчина нетерпеливо посмотрел на Алекса. Алекс посмотрел на меня вопросительно. Я ответила как можно нейтральнее:
— Не рассматривала такую возможность, но всё может быть. — Я сделала паузу: — Алекс, видишь, у мужчины ко мне дело. Начинай, как мы договаривались. Я скоро дам о себе знать, как-нибудь. —
Мой голос упал: предчувствие неприятностей было всё сильнее, и желание убежать стало нестерпимым.
Мужчина взял меня за руку — я даже не заметила как, молниеносно. Я другой рукой помахала Алексу и сказала:
— До встречи, надеюсь скорой. Всё объясню позже. Просыпайся по старой схеме, слова ты знаешь. Потом можешь опять ложиться спать — меня не будет, я немного занята буду. —
Алекс кивнул, сказал шёпотом что-то и исчез.
Я повернулась к мужчине и упавшим голосом спросила:
— Внимательно слушаю. —
Он взял и обнял меня. Я была в шоке в этот момент. Он сказал:
— Ну наконец-то. Ты моя. Только всю энергию потратила. —
Он ещё крепче меня прижал, и у меня начался подъём энергии — небольшой, но появилось ощущение моей крутости, что я отпадная девчонка. В один момент неорганический прервал контакт и сказал:
— Хватит тебе моей энергии, много нельзя. — Он усмехнулся.
Я чувствовала в себе небывалую смелость и мощь. Он начал посмеиваться, а я решила начать разговор:
— О бессмертный, чем тебя заинтересовала моя скромная персона, что ты решил прервать мой диалог с этим смертным? —
Меня конкретно распирало от собственной крутизны, что я решила поговорить красиво. И он ответил мне в том же духе:
— О ходящая по мирам, я тебя много лет воспитывал для сегодняшнего момента. Ты лучшее моё создание и единственное. —
Я поперхнулась и закашлялась, хоть это и было осознанное сновидение и слюней у меня не было, чтобы попасть не в то горло. Я стояла и смотрела на него во все глаза, вообще ничего не понимая. Мой голос прорезался — такой тоненький-тоненький:
— Ты меня с кем-то путаешь. Я тебя первый раз вижу. —
Он опять меня обнял (руку так и не отпускал, чтобы не сбежала), через секунду прервал объятия и ответил:
— Я тебя тренировал, делал из тебя идеальную ходящую по мирам. Тебе на данный момент нет равных, и ты готова. —
Он самодовольно посмотрел на меня, как будто я по этой фразе должна что-то понять. Я вообще не поняла и сказала:
— Если ты думаешь, что я поняла, то нет. Я не поняла. —
Он удивлённо посмотрел на меня, в глазах было сомнение в моих умственных способностях. Но я стойко выдержала взгляд — убежать не хотела, хотела разобраться до конца.
Неорганический посмотрел на меня и сказал:
— Что непонятного? С моей помощью ты стала такой. Я посылал разных ребят, чтобы тебя тренировали. Помнишь, зубы выдирали? Это для того, чтобы ты научилась контролировать боль и не связывать себя со своим материальным телом в плане боли. На тебя нападали, зажимали в угол — ты научилась раздвигать стены, переходя из мира в мир. Научилась летать, чтобы улететь, жить в воде, не боясь задохнуться, поняла, что все ограничения физического тела здесь не работают. — Он посмотрел в мои глаза, ища искру понимания, потом продолжил: — Мои ребята бегали за тобой. С их помощью ты стала сильнее, открыла свои способности. —
Я психанула:
— Так это тренировки были? А я думала, вы надо мной издеваетесь все, нашли жертву и гоняете по всем мирам. —
Он захлопал ресницами непонимающе и сказал обиженно:
— Как ты вообще могла так подумать? Я даже не знаю, что это слово обозначает — мой переводчик его не переводит, но чувствую, что что-то оскорбительное. Это для твоей пользы, чтобы ты открыла свой потенциал. Без меня ты так бы и застряла на первом этапе. А сейчас ты лучшая. —
Он расплылся в довольной улыбке. Я немного остыла и сказала:
— Так ты мой потерянный папочка? Решил вернуться в семью? Поучить дочурку? —
Он засмущался, явно не понял, что я сказала, но по интонации понял, что не хвалила, и ответил обиженно:
— А ты как хотела? Самая быстрая дорога — самая тяжёлая. Я избрал максимально быстрый способ твоего обучения. —
Я перебила:
— Вообще не было ни одного учителя на моём пути, только мучители. —
Он опешил:
— Что за споры? Ходящая по мирам, ты такая, какая есть, благодаря мне. Я тебя выбрал, потому что твоя энергетическая конфигурация максимально подходит под то, что я задумал. —
Он выразительно посмотрел на меня. Я поняла, что это и есть мой «большой босс». Но оказалось, я в корне была не права — он меня так тренировал, а я думала, убить пытался чужими руками. Но верно я решила, что он ко мне придёт в этот день — хоть что-то совпало.
Я посмотрела на него и спросила самый очевидный вопрос:
— А что ты задумал? —
Он самодовольно посмотрел на меня и сказал:
— Я хочу, чтобы ты меня, как своего Дружочка, — что-то мне подсказывает, что он про Грегори, — вытащила в свой мир. Хочу пожить как человек. Этот нехороший — судя по всему, был какой-то мат на неорганическом, и мой переводчик так корректно перевёл (потому что была небольшая заминка), — первым полез. А должен был я. Из-за него ты только сейчас готова энергетически. Точнее, это не совсем так: ты не готова. —
Он посмотрел себе под ноги, потом по сторонам и продолжил:
— Я сейчас тебя отправлю в тело параллельного твоего существа. Ты накопишь энергию за день и будешь готова легко меня вытащить. Технику ты знаешь. И ничего, что на нём потренировалась, но всё равно нехороший. —
Опять заминка — похоже, какое-то другое слово сказал и переводчик завис. Я побоялась, что вообще испортился, но вроде работал.
Я сказала испуганно:
— Вообще не знаю, о чём ты. Не хочу в тело параллельного существа. Это ещё кто такой? —
Он снисходительно посмотрел на меня и сказал:
— Ты что, не знаешь? —
Я замотала головой. Мужчина продолжил:
— У каждого человека есть параллельное существо из другого мира. Вы одинаковы по энергетической конфигурации, но у вас по-разному течёт время и жизнь разная, но общие моменты совпадают. В общем, это альтернативная ты, а она — альтернативная ты. Не знаю, как поточнее объяснить. Вы друг для друга неиссякаемый источник вдохновения, силы, мощи. Если энергетические двойники постоянно общаются между собой, они имеют неиссякаемый источник жизненных сил. —
Я хлопала глазами и понимала, что меня сейчас отправят куда-то, а Георгий меня пойдёт искать туда, не зная куда, как в сказке. Вот засада.
Я сказала решительно:
— Нет. —
Неорганический засмеялся и сказал:
— А кто тебя спрашивать будет? —
Махнул рукой — и я проснулась в кровати.
Быстро подскочив с неё, я подошла к окну и распахнула шторы. Солнце светило в окно, вдали было море. Я открыла балконную дверь, что была рядом, и вышла на балкон. Вкусный морской воздух ударил мне в нос, и я счастливо улыбнулась: какой прекрасный день, чтобы сходить утром на море!
Я оглядела ещё раз вокруг: красивое кафе «Миндаль», уютные столики в греческом стиле, красивые деревья, забор нашего ЖК обвивал виноград — так красиво. Вдали была надпись «Геленджик», даже с моего балкона она видна. Я села на стульчик, посмотрела на голубое небо и стала ещё счастливее, прошептав:
— Море, я иду. —
Я зашла назад в квартиру, взяла купальник и пошла одеваться. Встав напротив зеркала, я придирчиво себя осмотрела. Ну что сказать, для сорока пяти лет выгляжу очень хорошо: прокачанное тело без лишнего жира, красивое лицо без морщин, тёмно-каштановые волосы ниже плеч и, конечно, чёлка.
Я одела чёрный купальник, прозрачную лёгкую блузку, чёрные шорты, на голову — соломенную белую шляпу и вышла довольная из квартиры с мыслью: «Какой хороший день, морюшко, я иду к тебе».
У меня было ощущение абсолютного счастья. Не могу сказать, что у меня не было проблем, но для меня проблемы — это был вызов. Закрывается одна дверь — зайду в другую. Я полностью была довольна своей жизнью.
У меня прекрасный муж Георгий, ой, Геннадий. У нас всё отлично. Дочь десять лет спала вместе со мной. Мы на море в отпуске, и я с утра иду плавать.
Я прохожу мимо гостиницы «Метрополь» (бывшей гостиницы «Кемпински»). Везде зелёные деревья, клумбы, замечательные сосны. По спуску я почти бежала. Со всех сторон зелень, и вот она — самая красивая набережная страны, как мне нравится эта набережная. Большая, с белыми балясинами. Я остановилась у памятника нашим воинам. Там такая замечательная клумба с лавандой — запах приятный, насыщенный.
Центральный вход пляжа «Метрополь» закрыт, он открывается после восьми. А я проснулась сегодня неожиданно рано. Спустилась ниже, пошла по красивой белой лестнице вниз на пляж с другой стороны. Я быстро разделась на камнях (купальник на мне, скинула блузку и шорты), зашла в необыкновенно тёплую и нежную воду и поплыла. Какое ты приятное, морюшко.
Хорош пляж «Метрополь»: красивые виды на горы, на набережную. Я люблю плавать долго, поэтому наслаждаюсь каждым мгновением. Горы Геленджика — это отдельная история. Пару лет назад был пожар, я в реальности видела, как тушили горы с вертолёта: брали воду в море и выливали на лес. Ещё на этих местах проплешины, но в общем картина красивая. Особенно красива набережная со стороны моря: купаешься и любуешься соснами, цветами, красивыми экзотическими деревьями.
Сегодня должна приехать моя подруга Кристина (тьфу ты, Катя). Ну как такую красивую роскошную женщину можно назвать таким простым именем? Поэтому я называю её Катерина. А у меня ещё есть одна приятельница Катя. Они вместе из Краснодара приезжают в Геленджик. Будем сегодня гулять и веселиться вместе. Я уже с семьёй десять дней, а они на пару дней приезжают на выходные. А вторую свою подругу я называю Екатерина Вторая. Была такая императрица у нас в России, я думаю, её все в нашей стране знают. Столько фильмов про неё сняли, вся жизнь по моментам расписана, так что в данном случае быть второй — почётно.
На пляж подошла Катя, а за ней — Катерина Вторая. Я посмотрела издалека на моих красавиц. По-моему, самые красивые девочки на этом побережье. Катя — эффектная, с большой красивой грудью, широкими объёмными бёдрами и ягодицами. Ким Кардашьян со своими ягодицами просто отдыхает по сравнению с моей Катей. Она черноволосая брюнетка с длинными волосами, карими глазами и объёмными губами. В общем, с ней весело идти: все мужчины с ней знакомятся по пути, но она не знакомится — она такая.
Екатерина Вторая постарше, стройная, ну просто тоненький цветочек, но вся прокачанная. А на лицо — самая милая мордашка, какую я видела. Особенно красивый носик, глазки. В общем, вся такая строгая и мимимишная одновременно. Она мать двоих подростков, и этим всё сказано.
Я улыбнулась — всегда рада видеть своих девочек. Мы вместе ходим на бокс и сильно сдружились на этой почве, что даже отдыхаем вместе. Я занимаюсь боксом плотно: не только бью грушу, но и в спаррингах участвую. Правда, теперь проблема, что со мной никто не хочет спарринговаться по разным причинам. Так что сейчас я спаррингую только с тренером и получаю от него. Он сильно сильнее меня, но я тоже ему не даю расслабиться, так что бьёмся с ним нешутейно.
Ну да ладно. Плыву к вам, мои красотки.
Я вышла, мы обнялись. Как выяснилось, Катерина Вторая забыла купальник. Серьёзно, на пляж пришла и без купальника. Мы посмеялись и пошли кататься на сапе. Так как это было в первый раз, нам было очень весело: мы падали, залезали назад. Я увидела, как подошли мой муж и дочка, и помахала им рукой. Они в ответ тоже помахали, разделись и полезли в море. Особый смак был, когда начались волны и Катя решила прыгнуть с волнореза в воду. Минут десять мы её уговаривали, какие только шутки в ходе не шли. Весь пляж смотрел — прыгнет или нет. И тут сзади подошёл мой муж Геннадий и её аккуратно столкнул. После смеху было ещё больше. Начались волны, нас неплохо качало на сапе. В общем, весь день прошёл в веселье и хорошем настроении.
Вечером мы красивые пошли в клубешник, потанцевали, показали всем, какие красивые девчонки их посетили. Я была счастлива. Какая прекрасная жизнь у меня! Я вообще ничего не хочу в ней менять. Это самое моё лучшее место и время на этой земле. Гена был с нами, не танцевал, но подбадривал. Подошёл и муж Катерины Второй — он весёлый, мы отлично проводили время. Ариша, моя дочка, тоже с нами веселилась.
Ариша с Геной ушли чуть раньше, мы ещё погуляли по набережной и с Катей на такси поехали ко мне домой. Она легла спать. Я зашла в свою комнату и увидела молодого Гену. Я точно знала, что он спит в другой комнате, да и лет ему было явно меньше тридцати. Я несколько раз поморгала, подумала, что мне кажется, но он ко всему прочему заговорил:
— Алёна, нам пора. —
Я ещё удивлённо посмотрела на него и спросила:
— Куда пора? —
Он устало посмотрел на меня и сказал:
— В свой мир. Ты здесь ненадолго и нужно возвращаться как можно скорее. Ты и так задержалась. У нас время течёт по-другому — ты уже сутки не просыпаешься. —
Я села на кровать от удивления и ответила:
— Вообще не понимаю, о чём ты. Я уже сплю, что ли? —
Он ответил немного раздражённо:
— Ты попала в тело энергетического двойника и, похоже, пользуешься её памятью, поэтому ничего не помнишь. Но она тоже должна просыпаться. Нужно идти. —
Он начал меня укладывать в кровать. Я стала сопротивляться:
— Почему ты меня укладываешь в кровать, если нужно идти? Вообще не понимаю ничего. —
Молодой Гена наконец уложил меня и спросил:
— Ты знаешь про осознанное сновидение? —
Я посмотрела на него озадаченно и ответила:
— Конечно знаю. Что ты хочешь? —
Он сказал:
— Пожалуйста, засыпай. Ты всё вспомнишь и отправишься в своё тело просыпаться. —
Я ответила:
— Не хочу. Мне нравится моя жизнь. Я счастлива, замужем за тобой, у нас всё супер, мы на море отдыхаем, у нас есть дочь. А в этом другом мире мы с тобой вместе? —
Гена опустил глаза и ответил:
— Нет, но это не важно. — Он внимательно посмотрел на меня: — Ты должна вернуться, иначе погибнет та Алёна и хозяйка этого тела. Я этого не могу допустить. —
Он погладил меня по лицу и сказал:
— Ты и старше — такая же красивая. Время над тебя не властно. —
Он погладил меня по голове, прижал к груди и лёг рядом.
— Пожалуйста, девочка моя, умоляю тебя, засыпай. Мы продолжим разговор дальше во сне. Хорошо? —
Я несколько раз зевнула и оказалась в осознанном сновидении.
Молодой Гена стоял и смотрел на меня и сказал строгим голосом:
— Как меня зовут? —
Я ответила:
— Гена. —
Он взял меня за руку, и мы куда-то пошли. Я смотрела себе под ноги и ничего не понимала: зачем он меня куда-то ведёт?
Я спросила:
— Куда ты меня ведёшь? —
Он устало ответил:
— Хочу, чтобы твоя настоящая личность вернулась и ты отдала своему энергетическому двойнику власть над своим телом. Ты вспомнишь вскоре, дашь знать. —
Мы шли по каким-то переходам, то по темноте. Я спросила:
— Я помню всю свою жизнь. Как так — я не я? Так не может быть. —
Гена в молодости посмотрел на меня и сказал:
— Но это так. Осталось немного, и ты вспомнишь. Мы уже далеко, вы скоро поменяетесь. —
Я резко дёрнулась и всё вспомнила — точнее, вспомнила свою настоящую жизнь, а жизнь своего энергетического двойника забыла.
Я посмотрела на Георгия и сказала:
— Что мы тут делаем? Меня неорганический должен был отправить куда подальше, в тело энергетического двойника. Я не проснулась? —
Я сыпала вопросами. Георгий молчал и не отвечал, просто сел и смотрел на меня не отрываясь, как будто хотел запомнить. Я почувствовала неладное и спросила:
— Что с тобой? —
Георгий слабо улыбнулся и сказал:
— А сейчас ты должна проснуться в своём теле. Прямо сейчас. Быстро. —
Я кивнула и сказала:
— Жду тебя. —
И проснулась в своей постели, в кровати во Франции.
Георгий лежал рядом, спал. Я почувствовала присутствие его энергетического тела, которое пытается войти в физическое и явно не получается: его как бы отталкивает. Физическое тело стало твёрже, и энергетическое не может зайти. Я поняла, что Георгий не может проснуться, и это не шутки. Ещё максимум десять минут — и он уже не сможет проснуться никогда.
Теперь я поняла, почему он так смотрел на меня: знал, что может не вернуться, слишком далеко зашёл и был слишком долго.
Паника — это не моё. Я быстро разделась догола и прижалась к физическому телу. Он был твёрдый, слишком твёрдый, но я решила, что всё у меня получится.
Я начала ласкать его ушко язычком, медленно проводила по мочке, посасывала, потом по ушной раковине. И я говорила:
— Я знаю, что ты меня хочешь. Посмотри, я здесь, проявляю инициативу, целую тебя. Возьми меня, не заставляй девушку скучать. Я вся твоя, здесь, голая, красивая. Посмотри, как я целую твоё ушко — ням-ням, вкусненькое. Почувствуй это. —
Вообще какой-то бред несла, но не важно — мне нужно было, чтобы он очнулся.
Я переключилась на шею, провела языком по ней вверх-вниз, потом увидела сосок и начала с ним играть. Честно признаюсь, я так не слабо возбудилась — я уже не думала ни о чём, кроме того, что делала. Причина моего поведения уже где-то на задворках сознания, главное сейчас — ощущения.
Вдоволь наигравшись с одним соском, я перешла на другой. Медленно и нежно я проводила по всем чувствительным центрам. Я увидела, что у Георгия по телу пошли мурашки и волосы на груди наэлектризовались. Меня уже понесло. Я переключилась на шею, особое внимание уделила вене, которая пульсировала. Потом опять ушко — здесь я решила показать все свои способности и так увлеклась. А потом вернулась к груди.
Когда я ласкала языком грудь Георгия, заметила, что его тело имело солоноватый вкус — приятный и очень возбуждающий.
После мой взгляд упал на губы, и я вспомнила, что можно же и искусственное дыхание сделать. Я уже слабо думала об искусственном дыхании вообще — как об очень эротичном действе, поцелуях и всё таком. Я начала облизывать губы Георгия — сначала нижнюю, потом переместилась на верхнюю. Дыхание моё прерывалось, мне было очень приятно.
Неожиданно я почувствовала вздох Георгия. Я оторвалась от губ, но он схватил меня за голову и просто впечатался в мои губы, и мы слились в страстном поцелуе.
Я оторвалась от губ и заплетающимся голосом сказала:
— Боже, ты вернулся. —
Георгий посмотрел на меня серьёзно и сказал:
— Нет, это не Боже. Не знаю, кого ты ждала, но это я, Георгий. — Он улыбнулся.
Я засмеялась и немного заплетающимся языком сказала:
— Тоже пойдёт. —
И потянулась опять целоваться. Разум совсем отключился, и Георгий тоже, похоже, забыл, что почти умер, с таким удовольствием целовался.
Его трусы мне начали мешать. Я сказала:
— Я не поняла: почему я голая, а ты в трусах? —
После этих слов началась жара в кровати, потом в ванной — очень удобной, кстати, для этих удовольствий. Под утро мы вырубились в кровати. Я свернулась клубочком где-то под мышкой у Георгия, и мы уснули.
Проснулись где-то в двенадцать часов бодрые и весёлые. Сначала удивлённо посмотрели друг на друга, потом одновременно всё вспомнили и сказали тоже одновременно:
— Я в душ. —
И я пошла в душ.
Пока я шла в душ, я думала о том, что произошло ночью, и где скромный Георгий, которого я знала. Надо спросить — это точно он? Хотя я лукавлю: я-то точно знала, что это он, меня не обмануть.
Я сделала свои дела, почистила зубы и освободила ванну для Георгия. Он помылся и вышел ко мне. Я уже одетая сидела на кровати.
Георгий посмотрел на меня сверху вниз (просто он стоял, а я сидела) и сказал:
— Отличное спасение вышло. Хоть каждый день готов возвращаться так. — Он улыбнулся.
Я стала оправдываться:
— Я видела, что ты не можешь зайти в тело, и тело уже стало твёрдое. Шансы вернуться таяли с каждой секундой. Я же чувствовала. Но я решила: почему бы нет? Ты лежишь, не сопротивляешься. Воспользовалась ситуацией. Мне показалось в тот момент, что это единственный способ — древние инстинкты никто не отменял. Я просто подумала, что может, тебе нравлюсь? Что я теряю? В общем, хотя я точно знала, что сработает — сам знаешь, как это происходит, знаешь абсолютно точно. —
Георгий смотрел на меня внимательно, не отводил взгляд, как всегда, и не перебивал. Стоял голый передо мной в одном полотенце на бёдрах и не стеснялся. Капли воды стекали с волос, текли по идеально прокачанному телу, и я сглотнула. А он просто смотрел прямо мне в глаза. Я начала путаться и стесняться сама и замолчала, опустила глаза в пол.
Георгий присел передо мной, поднял мой подбородок, посмотрел в глаза и сказал мягким голосом:
— Спасибо большое за спасение. —
Он чмокнул меня в носик и продолжил:
— Я уже понимал в сновидении, что не могу вернуться, потерял связь с телом. Слишком далеко и слишком долго. — Он немного напрягся, голос стал хриплым: — Мне нужно было тоже пообщаться со своим энергетическим двойником, взять энергию, но я боялся, что ты не проснёшься. Не стал медлить и решил рискнуть. — Голос его повеселел: — Всё получилось даже лучше, чем я себе представлял. —
Он улыбнулся, поиграл бровями и стал смотреть прямо мне в глаза. Я не знала, что сказать, поэтому молчала. Георгий снял полотенце, повернулся спиной (задница классная — зачем я вообще туда смотрю), вытерся и начал одеваться. После того как одел чёрные широкие брюки и чёрную футболку, посмотрел на меня оценивающе. Я была одета в свой любимый обтягивающий костюм — комбинезон, точнее.
Он сказал:
— Не пойдёт. Нужно одеться так, чтобы тебя не узнал Алекс — вдруг случайно увидит. Да и собери все свои вещи, сразу сумку заберу, пусть в машине будет. Может, уже не будем заезжать в гостиницу. —
Я задумалась, подошла к гардеробу и выбрала широкие плотные спортивные брюки и чёрную спортивную кофту с молнией спереди. За счёт разной плотности ткани они делали верх более стройным, а низ более объёмным. На голову — чёрную кепку и очки с прозрачными стёклами. Они у меня ещё со времён, когда было плохое зрение. Я сделала операцию, восстановила зрение, в очках поменяла стёкла на обычные, без диоптрий. В очках я вообще на себя не похожа — они здорово меняют пропорции лица. Немного сделала скулы более острыми макияжем, губы сделала блеском — и всё, другой человек.
Георгий посмотрел на меня, улыбнулся и сказал:
— Отлично. —
Зазвонил телефон. Георгий взял трубку, минут пять слушал молча. Я параллельно собирала вещи.
— Всё понял, хорошо. —
И положил трубку. После внимательно посмотрел на меня и сказал:
— Сейчас кушать. Всё остальное после. —
Взял меня за руку, я взяла сумку, и мы вышли. Честно сказать, я очень хотела есть, поэтому мозг плохо соображал, и мы быстрым шагом пошли в столовую.
Я вообще по сторонам не смотрела — только одна цель: еда.
Мы подошли к большим, высоким двухстворчатым дверям цвета слоновой кости. Это был вожделенный вход в столовую.
В просторном зале гостиницы стоял длинный стол, накрытый по системе «шведский стол», с разнообразием блюд: свежая выпечка, сыры, колбасы, фрукты, салаты и горячие блюда. Мы с нетерпением оглядывали сервированные блюда и постепенно подходили к столу, стараясь выбрать лучшие и аппетитные порции, возможно, слегка торопясь среди других гостей.
Руки мы рассоединили уже возле входа, чтобы взять тарелки и начать накладывать еду. Салаты различные, пасту, пирожное, кофе, суп с морепродуктами — я набрала и пошла кушать. Честно, было так вкусно после голодания, что я даже не понимала, что ем, — просто всё очень вкусное. Георгий тоже активно работал челюстями, и мы молча ели. Он взял нарезку из колбас, кашу — больше я даже не смотрела.
Минут через пятнадцать мы наелись и довольные посмотрели друг на друга. Георгий первым прервал молчание:
— Сегодня и завтра мы свободны. Ждём новостей от нашего друга, так же с родины — как дальше двигаться. В интернет не заходим, всё что нужно, сообщат. — Я кивнула. — Пока мы не уезжаем. Если хочешь, можем съездить к Тане. Она хотела со мной пообщаться. Не хочешь — не поедем. Грегори там, девочки уехали кататься по Провансу, вечером поедут в Ниццу, дальше не знаю. —
Георгий посмотрел на меня выжидательно. Я ответила:
— К Тане, так к Тане. Всё равно нужно решить этот вопрос. —
Мы встали и пошли к выходу. Георгий позвонил Тане и сказал, что будем через пятнадцать минут, послушал пару минут и положил трубку.
Мы вышли из гостиницы. На улице светило солнце, я подставила лицо тёплым лучикам. Георгий посмотрел на меня и улыбнулся — вообще он какой-то расслабленный, не как обычно: весёлый, радостный. Он пошёл к стоянке, которая была буквально в двадцати метрах от нас. Небольшая стоянка, на ней было не больше двадцати автомобилей различных марок. Георгий подошёл к тёмно-синему пикапу (японский автопром), взял за ручку двери, открыл сначала свою и сел внутрь, потом открыл пассажирскую переднюю дверь и сказал:
— Садись. —
Я села в машину и осмотрелась: серая внутренняя отделка, удобное моё кресло, я вытянула ноги. Георгий продолжил:
— Это моя машина, когда во Франции, всегда на ней передвигаюсь. —
— Удобно, — ответила я.
Георгий выруливал со стоянки, и мы поехали по городу.
Георгий уверенно передвигался по городу, а я рассматривала окрестности. Дома были светло-бежевого цвета, преимущественно двух- или трёхэтажные, очень старый город со следами старения. Много зелени на балконах, на первых этажах — кафе, рестораны. Сами кафе маленькие, но столы стоят на улице, и люди кушают на улице. Такая традиция — насколько я поняла, раньше так кушали рабочие, и это вошло в традицию. Теперь для привлечения туристов так делают — местная достопримечательность. В России в южных регионах так делают, на севере на улице сезон недолгий.
Улицы для пикапа были совсем не предназначены, но Георгий старался, ехал медленно и аккуратно. Мы не разговаривали — слишком сложная дорога, не хотела отвлекать.
Мы проезжали мимо Папского дворца — это самая известная достопримечательность Авиньона. Эффектная, что сказать, просто дышит стариной, даже мурашки по коже — как давно её строили. Мост интересный, заканчивается по середине реки — похоже, обрушилась часть моста и решили не восстанавливать (но это не точно, мои предположения). Туристов очень много — весна, а город заполнен гуляющими отдыхающими, все в разной одежде, такой живой город. Везде начиналось цветение. Нельзя сказать, что Авиньон — город-сад, но зелень есть, красиво и аккуратно высажена. Старинный город, почти без современных домов, всё в едином стиле. Здесь сохранили средневековую Европу настолько, насколько это возможно.
Мы уже подъезжали к окраине Авиньона. Георгий выехал на съезд, я уже узнавала дорогу к Таниному дому. Мы были на возвышенности — Танин дом был виден. Мы проехали часовню — красивая, и рядом никого. Я подумала, что нужно запомнить: известное место, и Танин дом недалеко. Мне как-то ещё нужно придумать, как вытащить неорганического. Пока энергия бурлит во мне — чем позже, тем тяжелее будет.
Георгий подъехал к дому Тани, открыл шлагбаум, и мы заехали.
Таня выбежала из дома и радостно нас встретила. Грегори вышел за ней, и видно было, что рад меня видеть. Я кивнула Тане и побежала к Грегори. Он меня поймал и прижал к себе. Было ощущение, что он меня ощупывает — энергетически сканирует. После того как он просканировал, кивнул, что всё в порядке. Я расслабилась — с Грегори я всегда себя чувствовала отлично.
Мы зашли в дом. Люк где-то был в подвале, было слышно, что он что-то напевает. Я упала на шезлонг, пригрелась на солнышке и задремала.
Через пару часов я проснулась. Солнце уже клонилось к горизонту. Я пошла в дом — возле бассейна никого не было. Пошла искать людей. Все были на кухне, что-то готовили. Я кивнула и пошла в туалет (он был на первом этаже) для гигиенических процедур. Вымыв лицо и вытерев руки, я вышла к ребятам.
Конец двадцать седьмой главы.