Через пятнадцать минут мы приехали в кафе, где в прошлый раз сидели, как раз рядом с гостиницей, где жил Алан, — кажется, так давно это было. Мы вышли, зашли в тот же кабинет, я заказала пиццу «Цезарь», пунш безалкогольный из смородины и кизила, салат «Цезарь», а с чем пиццу «Цезарь» есть — конечно, с таким же салатом. Парни заказали шашлык, морс, греческий салат, больше не запомнила. Я села на диван рядом с Киром, где я прошлый раз сидела, Мирон — на кресло в начале стола, Георгий — в кресло в другом конце стола, место напротив нас с Киром было свободно.
— У меня есть время поесть? — спросил Георгий у Мирона.
Мирон ответил:
— Скорее всего, не успеешь.
Георгий кивнул.
— Мирон, нужно выбрать, чем ты отравился? — сказала я, смеясь, Мирон на меня посмотрел серьёзно и ничего не ответил, мы с Киром переглянулись.
Мирон, закончив диктовать свой заказ, сказал после того, как официант ушёл, как-то излишне мягко, даже для него:
— Друзья, у меня есть кое-какие мысли, Кир поставил глушилку? — Кир кивнул. Мирон поднял руку и сказал: — Секундочку, сейчас уже подойдёт.
Дверь открылась, и зашёл Алан, все были в шоке, кроме Мирона и Кирилла, который пожал плечами и шепнул мне на ухо, что сам узнал на улице, Мирон сказал не говорить тебе. Алан был одет в светло-серую обычную футболку, тёмно-серые брюки, плотный хлопок, и чёрную куртку из плотного хлопка, что-то между курткой пилота и курткой-рубашкой, с нашивками и в районе погон, сама куртка на молнии. На шее у него висело небольшое ожерелье на чёрной нитке, по типу индейских, и в конце какой-то символ, выглядел, конечно, Алан сексуально. Волосы отросли немного и кудрявились непослушными прядями, ему невероятно шло. Что не забрать у человека, так это сексуальность, я похлопала глазами, выдавила из себя «привет». Алан поприветствовал всех, у Георгия лицо перекосилось, я инстинктивно вжалась в диван, прижалась к Киру и посмотрела на Георгия, который показал рукой, чтобы сидела.
Мирон мягко улыбнулся Алану и сказал:
— Заходи, мой мальчик, проходи, садись. — Он показал на место напротив меня, я уже расслабилась, первый шок пропал.
Мирон встал и сказал:
— Алан решил принять моё предложение и пойти в британскую политику, чтобы эффективно противостоять «внедренцам». Я так понимаю, мы не забыли, что у нас ещё стоит и эта задача, помимо всех прочих заданий и амбиций. — Мирон выразительно посмотрел на Георгия, который ещё больше скривился и ответил:
— Если он думает, что я забуду, что он целовался с Алёной, то он ошибается, парень. — Он выразительно посмотрел на Алана. — Вам нельзя даже касаться друг друга, пожалуйста, держи себя в руках. Если ты здесь будешь, то мы поработаем, чтобы было Алёне безопасно с тобой общаться, тогда можно и ближе подойти, но сейчас это максимум.
Алан кивнул, Георгий показал на расстояние стола.
— Ты же в курсе, что Алёну после вашего общения я еле собрал. — Алан кивнул и с уважением посмотрел на Георгия. — Мне придётся усилить её тренировки. И Мирон, — Георгий выразительно посмотрел на Мирона, — давай без сюрпризов, ты не всё знаешь, поэтому можешь принять неверное решение, впредь советоваться со мной.
Мирон подскочил и ответил:
— Да ты бы не согласился.
— Я что, на ревнивого болвана похож? — Все выразительно посмотрели на Георгия и кивнули.
— Да вы издеваетесь, что ли? У них, — Георгий опять подскочил и возмущённо начал говорить, показывая по очереди на меня и Алана, — несовместимость, их энергия отвергает друг друга, если простым языком сказать. А если бы я не был заучкой и не знал бы этот ритуал, как вообще она бы выровнялась? Это, конечно, не смертельно, но бойца мы бы потеряли минимум на неделю. — Он невежливо ткнул в меня пальцем. — И это в лучшем случае, на ушах стояли бы все, поверьте. Мало не показалось бы не кому, — Он вздрогнул, как будто живо это себе представил.
— Спасибо, Георгий, — сказал Алан.
— Не все ещё книги твой отец выгреб из мира, этой книги у него нет. Да и таких, как твой отец, немало, некоторые даже не понимают, о чём книга, но хранят в качестве инвестиций, — ответил Георгий спокойно, но досада на этих плохих людей присутствовала.
Алан пожал плечами.
— Ну, раз всё выяснили, — начал Мирон своим мягким и тягучим голосом, местами так тянул, что слух резало, похоже, волнуется. Он же не знал про то, что Георгий меня выравнивал, как-то не догадалась сообщить. — Давайте к делу, время не резиновое. Алан не будет подходить к Алёне близко, так ведь, Алан?
— Конечно, даже не сомневайтесь. — Алан отрицательно покачал головой.
Мирон с сомнением посмотрел на него, явно не веря.
— Мне важно знать, на каком уровне его допуск, грубо говоря, что мы можем обсуждать при нём? — Георгий посмотрел на Мирона, тот задумчиво ответил:
— Алан, что ты знаешь, чтобы мы сразу не играли в угадайку.
Алан протянул папку и отдал Мирону, Мирон открыл и углубился в чтение. Алан продолжил:
— Знаю, что Алёна и Кирилл — люди с редкой, необычной энергетической конфигурацией.
— Да что б тебя, — цыкнул Георгий, — откуда знаешь, Алёна рассказала?
Я с ужасом посмотрела на Георгия, показывая, что не говорила.
— Я в этой теме с детства, неужели вы думаете, я не знаю таких элементарных вещей, — сказал Алан уверенно, но глаза опустил в пол. Я подозрительно на него посмотрела, Алан тем временем продолжил:
— Алёна — сновидящая, её мир — осознанные сновидения, там она как дома. А Кирилл умеет искусно манипулировать этим миром, это же очевидно. По ним же видно. — Алан уверенно продолжал вещать, похоже, Георгий немного был уязвлён, он не сразу догадался об этом. — Если честно, не хотел говорить, я думал, что вы понимаете, что такие элементарные вещи я знаю.
— Ладно, — Георгий посмотрел на нас с Киром, оценивая очевидно или не очевидно это, судя по выражению лица Георгия, для него не очевидно. Он сел с задумчивым выражением лица.
— Хотел бы с Киром поработать, если, конечно, он захочет, редко встретишь такого человека. — Алан жадно посмотрел на Кирилла, который усмехнулся и посмотрел на меня.
Я пожала плечами и ответила:
— Сама в шоке.
— Искусство манипуляции этим миром, — Алан протянул слова, как будто пробовал на вкус каждую букву.
— Да, без проблем, — ответил Кирилл, — я весь твой, надеюсь, со мной нет такой реакции, как с Алёной.
— О, нет, она уникальна, — сказал Алан, я скривилась, да уж, уникальна, даже не слышала о таком феномене, несовместимость энергий.
— Ладно, раз зашла такая тема, раз ты в курсе всех этих моментов, я поделюсь своим одним наблюдением, хочу услышать твоё мнение. — Алан кивнул, Георгий продолжил: — Когда мы немного разрабатывали американских политиков, мне пришла мысль, что, судя по действиям, президент Америки — он «Воин». — Георгий смотрел на Алана, хотел увидеть реакцию и понял ли он, о чём он говорит.
— Думаешь, он сталкер? — Алан задумчиво посмотрел на Георгия. — Почему ты так думаешь?
Мирон вмешался, отвлекаясь от текста о себе любимом:
— Так, стоп, давайте экскурс в историю, я ничего не понимаю.
— Есть принципы, их ещё называют принципами Толтеков, или Воинов, которые идут по пути знания, их практиковали древние люди, предыдущая раса, они располагались на территории современной Америки и Мексики, мы тоже пользуемся этими принципами, просто они их сформулировали.
— Почему воины? — спросил Мирон.
— Потому что индейцы были крайне воинственны, это была их природа — война, — ответил Алан, — но не только из-за этого. Путь Воина — человек идёт им, руководствуясь некими принципами для того, чтобы совершенствовать своё энергетическое тело, развиваться в сфере энергии, не физическое совершенствование. Все делятся на сталкеров, которые манипулируют этим миром, они накапливают энергию и развиваются здесь, и сновидящих, которые манипулируют миром сновидений. Это не совсем правильно слово «манипуляция», точнее будет «взаимодействует для накопления энергии», но внешне выглядит, что манипулируют. Классический пример — Алёна, идеальный сновидящий, всегда развивается, открывает новые грани знания, жажда открытий и новых знаний выше инстинкта выживания, сам такой, вряд ли она другая. — Я кивнула. Алан спокойным размеренным голосом продолжил: — Второй пример — Кирилл, по мне, так самый приятный в мире человек, и это сталкер. Всем с ним хорошо, все хотят погреться рядом его огня, но ему всё равно, это его природа. Это в двух словах, конечно, не отражает сути, но хотя бы понимание, чтобы было. — Ответил Алан.
— Потом дорасскажешь, времени нет, — перебил Алана Георгий, Алан кивнул и посмотрел на Георгия. — Смотрите, американский президент берёт всё, что он хочет, как пират, это один из принципов сталкинга. Дальше, он, если не знает, что делать, отступает, занимается чем-то другим, потом возвращается и наносит сильный и продуманный удар. Он плюёт на всех, его распирает сила, которая в нём играет, он находится в Силе, сейчас, следующая пойдёт Старость, но при таком уровне Силы это будет нескоро. — Сказал спокойно Георгий, рассуждая вслух, смотря на Алана.
Алан задумчиво потёр подбородок и продолжил мысль Георгия:
— Он делает те страны, которые хочет, своей территорией и своим полем битвы, он хочет не просто влияние, он хочет контроль, так делают сталкеры. Цель — вести битву только на своей территории, для этого нужно сделать её своей. Он ведёт битву по своей стратегии и последовательно добивается своей цели. Он не боится быть смешным, только тот, кто не боится быть смешным, может одурачить кого угодно. Вот это прямо в точку, он весёлый парень. — Алан побарабанил пальцами по столешнице.
— Делает всё продуманно и рискованно, как будто на кону его жизнь, но не вступает в битву, имея хоть малейший шанс проиграть, — продолжил Георгий.
— Хотела бы обратить внимание, — вмешалась я, — что он не усложняет задачу, делает максимально просто и эффективно, идёт путём наименьшей сложности, это один из принципов сталкинга. Единственный момент, что важно, сталкер может обмануть, если это выгодно, без проблем, пока за президентом не заметила этого, наоборот, он излишне честен. Есть момент, что обман — это как козырной туз, выстреливает один раз, поэтому могли попридержать, — сказала я, концепция вырисовывалась, тоже побарабанила пальцами по столешнице.
— И что нам это даёт? — спросил Мирон. — Что нам делать с этим знанием?
— Первое, это то, что мы знаем об этом, значит, можем его просчитать, — ответил Георгий. — Например, сталкер — это человек, который, единожды приняв решение, идёт до конца, сомнения — только на этапе принятия решения. Мой совет: пересмотреть все его вбросы, это не просто шутки, это его план действий. Второй момент: сможет или нет, но он сделает всё для этого.
Мирон задумчиво посмотрел на Георгия и ответил:
— Да, там половина бреда.
— Забудьте о законах, у Воина только право силы, его намерения и желания, и он понимает ответственность за свои решения, поэтому он осознанно говорит. Полный контроль и действия под контролем, он понимает всё и контролирует. Он плюёт на всё, на мнения, законы, мерило — только он. Президент Америки, мне кажется, хочет разрушить архитектуру этого мира, подчиняя его себе, так работает сила, она рушит и для этого начинает в какой-то момент управлять человеком. Если человек не безупречен, то есть не овладел искусством контроля в совершенстве, то его вынести может куда угодно, — Георгий говорил тихо, но в абсолютной тишине его было слышно.
— Он сжимает время, готовится и наносит моментальный удар, не играет в долгую, затяжную войну, принцип Воина, один из принципов сталкера, так что всё совпадает, — ответил Алан.
— Один нюанс, Воин всегда в тени, — сказала я, — а президент — это не человек за сценой, он явно сам рулит лодкой.
— Тогда вывод один: он одинокий воин, и вся свита при нём — не воины, а им управляет сила, которую он накопил, в таком случае он чувствует, что готов быть самым сильным в этом мире. — Алан отрешённо смотрел в окно, было тихо.
— Ничего себе информация, — сказал Мирон задумчиво, — это секта какая-то? Они там все в сектах, это тоже одна из них?
— Нет, — хохотнул Георгий и посмотрел по очереди на нас с Аланом, — это другое, это путь Воина. Мы здесь все частично придерживаемся этих правил, они общие, это закон сохранения энергии, если проще.
— Сразу оговорюсь, что «покорён силе» — это просто образное выражение, просто человек чувствует свою силу, она играет внутри, распирает, ищет применения. — Я посмотрела на Мирона, в глазах которого я увидела понимание, и продолжила задумчиво: — Значит, он сталкер, он покорён силе, надо срочно искать жизнь на других планетах. — Я засмеялась, на меня все посмотрели, как будто я неуместно пошутила, я махнула рукой: — Да ладно, расслабьтесь, хоть что-то понимаем, он точно не под воздействием внедренца, при таком уровне силы это невозможно.
— Слабое утешение, — сказал Кирилл, я ухмыльнулась.
— Что все закисли, расслабьтесь, и к нему найдём подход, мы же такие же, придумаем. — Мой голос звучал неестественно бодро в возникшей тишине. — Тем более задача не подчинить, а найти точки соприкосновения, подход, как нам нужно общаться, чтобы не проиграть. Хоть что-то, весь мир от него в шоке, так хоть какое-то понимание.
— Алёнушка, вам не кажется, что вы излишне легкомысленны? Вы уверены, что это то? По мне, мы притягиваем факты, — сказал Мирон с недоверием на меня посмотрев, я замотала головой и ответила:
— Не усложняйте, Мирон, когда можно упростить, всё будет нормально, я примерно понимаю, что делать, кто из нас не был поражён своей силой, здесь все такие. — Я показала на Георгия и Алана, они кивнули пристыженно, похоже, неприятные ассоциации.
— Георгий, пожалуйста, не заражайся Алёнкиным оптимизмом, — я махнула рукой и улыбнулась, после ответила: — Нет, оптимизма, Мирон, это вызов, это сильнейший соперник из возможных, лучший из сталкеров современности. Мы с Аланом сновидящие, мы не особо сильны в манипулировании миром, а он силён, он способен. Мир вообще любит сталкеров, он с ними ласков и податлив, бережёт его и охраняет, так действует их сила. Посмотри на Кирилла, он всегда в шоколаде. — Кирилл улыбнулся и ответил:
— Не могу жаловаться.
— А он не обученный, пока время будет, будем с ним работать плотнее, страшно представить, что он сможет сделать с этим миром при его способностях. — Подмигнув Киру, сказала я.
Кир довольно потянулся и счастливо сказал:
— Мир, иди к папочке. — Он показал, что обнял весь мир.
— Алан, как думаешь, он, как я с Киром, с редкой энергетической конфигурацией? — Я посмотрела на Алана, он растерянно посмотрел на нас и ответил:
— Не думал об этом, не похоже, но я подумаю, моё мнение — нет, он не такой, как Кир, по энергетике. Не буду сочинять, подумаю, отвечу, почитаю книги.
Георгий кивнул.
— Даже не хочу об этом думать, что да. У меня стойкое ощущение, что он одиночка, нет у него пары. Да и команда его, не чувствую, что они воины, энергетика не та, мне кажется, он один идёт путём Воина. — Сказал расстроенно Георгий.
Мирон встал и немного походил, мы молчали, дали Мирону время подумать, он задумчиво сказал через пять минут:
— Георгий, у тебя времени уже нет, скажешь, ещё в прошлый раз начинали разрабатывать американцев, Кирилл программы под них написал, правил, теперь тебе выдала программа результат. Мы проверяли на принадлежность всей верхушки власти Америки к сектам, любым религиозным течениям, загружали всю информацию по любым направлениям, связанным с эзотерикой, программа выдала нам, что американский президент идёт путём Воина. Если что, программа виновата, опиши кратко, там не любят долгих разговоров, выцепи главное из всего нашего общего словоблудия. — Мирон с трудом скрывал раздражение, Георгий кивал. — Скажи, если интересно, можем продолжить разработку, если нет — скажите. Пусть это будет их решение, не наше, думаю, захотят, интересно было бы поработать в этом направлении, меня заинтересовала ваша концепция. — Мирон тяжело вздохнул, встал, опять сел на стул, отпил из бокала вино и продолжил: — По Франции спрыгивай с темы, что мы подняли рейтинг президента, скажи, что мы мыслим шире, внедрили своего человека в ближний круг, это важнее сиюминутных успехов. По общим вопросам мы добились результата.
Георгий быстро посмотрел на Алана, который сидел с непроницаемым лицом, Мирон рукой махнул, показывая, что при Алане можно, и продолжил:
— Георгий, пока, удачи, остальные темы мы уже так обсудили, что даже поднимать сейчас не буду, с Аланом не удалось решить вопрос, но у нас ещё есть время, он же не торопится. — Мирон посмотрел на Алана, который ответил:
— Конечно, время есть. — Алан склонил голову и посмотрел в окно, я проследила за его взглядом, машина Георгия уже была заведена, и водитель поглядывал на нас, показывая на часы, Алан кивнул и сказал Георгию:
— Тебя ждут.
Георгий кивнул и вышел за дверь.
Как Георгий вышел, нам принесли еду, мы молча поели, каждый думал о своём, после того как закончили, Мирон раздражённо посмотрел на телефон, потом сказал:
— Ребят, мне нужно с женой поговорить, как-то объяснить, что поехал Георгий, а не я.
Я его перебила и сказала:
— Не говорите, что отравились, скажите — живот разболелся, плохо себя чувствую, похоже, съел что-то не то, так вы вечером сможете сказать, что всё прошло.
— Алёнушка, я смотрю, опыт есть, помню, вы рассказывали, как доблестно Георгий вас спасал от поноса или что там вы придумали, — я улыбнулась натянуто, было, конечно, долго ещё вспоминать будет.
— Когда это было. — Я махнула рукой.
— Идите, погуляйте, о безопасности знаете, близко не подходим, за руки тем более не берёмся.
Алан закатил глаза и ответил:
— Я понял, папочка, близко не подходить. — Он улыбнулся Мирону, тот махнул рукой, выпроваживая.
Кирилл весело мне подмигнул, пальчиком погрозил Алану и сказал:
— Я сейчас стартану, так что дальше без меня.
Судя по звуку машины, Георгий уже уехал, мы втроём вышли из ресторана. Алан с Кириллом шли впереди, а я немного сзади, мы шли в сторону набережной, я услышала, как Кирилл спросил у Алана:
— Слушай, — Алан посмотрел на него, — а Лали — горничная? — Алан улыбнулся, Кирилл продолжил мечтательным голосом: — Прикольно, ты лежишь в огромной кровати, голый, простыня накинута, и к тебе в комнату приходит горничная пыль вытереть, а ты такой: потри у меня, мне кажется, где-то здесь пыль. — Последнюю фразу Кирилл прошептал сексуальным голосом и показал на свою грудь. Алан засмеялся, Кир озорно подмигнул. Похоже, про меня парни забыли, я шла тихо, мне тоже было интересно.
— Я смотрю, Кир, ты в детстве смотрел взрослые фильмы. — Алан подмигнул Кириллу.
— А то, — ответил Кирилл, весело рассмеявшись.
— Нет, Кир, Лали — управляющая замком и помощник отца по некоторым направлениям в бизнесе, она не младший персонал. У неё даже есть помощник в управлении поместьем, она больше с отцом по бизнесу. Кстати, недавно закончила университет, так что дипломированный специалист, отец её ценит. — Ответил Алан улыбаясь.
— Тогда неинтересно, но хоть красотка? — спросил Кир.
— Симпатичная, — ответил Алан, показывая объёмную грудь, большую задницу и тонкую талию.
— А, — он махнул рукой, — мне такие не нравятся, — ответил Кирилл, и они дружно засмеялись. Кирилл, конечно, в своём репертуаре.
Мы остановились у дороги, там стояло такси, и Кир, помахав нам на прощание, сел в подъехавшее такси. Я подошла к Алану, он удивлённо на меня посмотрел, немного покраснел и отвёл глаза, похоже, правда забыл, что я сзади иду. Я ему подмигнула, и мы пошли по набережной, думаю, договорит Мирон, нас позовёт, не думаю, что надолго, поэтому гуляем по местности.
Солнце светило ярко, на набережной гуляли мамочки, бегали спортсмены, жизнь протекала своим чередом. Набережная была ограждена чёрной балюстрадой, что придавало немного мрачности, по мне, так белый лучше смотрится, веселее, но не я главный архитектор Москвы. Настроение было отличное, если обо всём переживать, никаких нервов не хватит, так что я весёлая и позитивная шла рядом с Аланом. Не могу сказать, что встреча меня расстроила, я рада была увидеться, а если ничего уже не изменить, то зачем переживать. Мы шли молча, Алан улыбался солнышку и мне, я в ответ подмигивала и тоже улыбалась. Всё-таки весна в Москве намного лучше, чем зима, мрачность уходит, солнце появляется и радует взгляд. Как ни странно, тучи рассеялись, хотя я думала, что дождь неизбежен, но погода нам благоволит. Мне нравилось всё — и бегущие по делам люди, и бушующая река, особо радовало отсутствие шума машин, место было вдали от трассы. Мы подошли к балюстраде и облокотились на перила, любуясь текучей рекой.
— Пойдём, — сказал Алан, посмотрев на меня своими карими глазами, у него такой взгляд немного исподлобья, сексуальный, я его таким помню, даже в четырнадцать лет он был таким. Я в ответ улыбнулась, Алан продолжил: — Здесь недалеко есть небольшой спуск к реке, там уединённо, а то здесь слишком много народу, не люблю быть в толпе.
Я ещё больше улыбнулась и пошла за ним, медленно ступая шаг в шаг, через тридцать метров был спуск, мы спустились по небольшой лестнице, возле воды был небольшой пляж, можно было посидеть или постоять. Мне и Алану пришло сообщение, я открыла, Алан посмотрел, от кого, и не стал открывать, я улыбнулась, воздух у реки был чистый, как за городом, так расслабляет, вроде отдых, а не работа.
— Похоже, Мирон отправил мне как раз перед тем, как мы зашли в кафе, там глушилка, только сейчас пришло. Это песня. — Я весело посмотрела на Алана, который вздрогнул и растерянно посмотрел на меня, я беззаботно продолжила: — Сегодня как раз перед встречей мне давал её послушать, отличная песня, слова — огонь. Мне понравилось, хочешь, послушаем вместе?
Алан странно на меня посмотрел и ответил:
— Хочу.
Мы присели на лавку, что одиноко сиротливо стояла, я включила музыку на телефоне и, пританцовывая ногами, внимательно ещё прослушала. Двигала плечами, щёлкала пальцами, меня захватила музыка, слова, полное погружение. Я смотрела на Алана, мне было интересно увидеть его эмоции, это настоящий хит, Алан сосредоточенно слушал, на лице сменялись выражения от неверия до восхищения, он сначала смотрел на воду, потом на меня, я улыбалась довольная, рада, что ему тоже понравилось.
«Люблю, не люблю — не знаю», — я немного подпевала, как закончились последние аккорды, Алан удивлённо посмотрел на меня.
— Отлично сделал, Мирон молодец, — сказал Алан, немного растягивал слова и смотрел мне в глаза, как будто что-то я должна ещё сказать, я не поняла, поэтому продолжила свою мысль: — Я тоже пишу стихи, поэтому могу оценить чужое творчество, здесь такая глубина, просто проваливаешься, цепляет, это стопроцентный хит. — Я сделала минутную паузу, не могла подобрать слова, Алан не сводил с меня глаз. — Эта песня меня зацепила, такое редко бывает, просто вдохновила. Здесь нет и момента обыденности, чистые эмоции и ощущения. — Мои щёки пылали, так мне хотелось выразить свои чувства, но не могла подобрать слов.
— Просто вижу, — продолжила я вдохновенно, — как идёт парень по полю, ведёт под уздцы лошадь и поёт. Тот, кто написал про последний сюртук, явно не на машине ездит. — Я засмеялась, Алан неуверенно посмотрел на меня.
— А дальше что? — спросил задумчиво Алан.
— Дошёл до речки, как ты сел, только не на лавку, а на траву и задумчиво, как ты сейчас, смотря на водную гладь, пел. Одет был в старинную одежду, но не сильно старую, с таким прочтением на современность, — сказала я улыбаясь.
— Оригинально, — он сорвал травинку и начал её задумчиво покусывать.
Мирон позвонил, сказал, чтобы возвращались, мы встали со скамейки, улыбнулись друг другу и начали подниматься по лестнице, где я запнулась и чуть не упала. Такая у меня особенность — падать на подъёме лестниц, лестница — это мой враг, раньше я каждый свой подъём по ней падала, но со временем стала реже, но всё равно нет-нет да и запнусь. Алан меня поймал практически в последний момент, отличная реакция, он меня немного встряхнул и поставил на ступеньку. Я скривила смешную рожицу, весело засмеялась.
— Я с лестницами не дружу, это мой первый враг, после твоего отца, конечно. — Алан прыснул в кулак. — Постоянно падаю, мозг никак не может рассчитать высоту ступеней, каждый раз просчитывается, математика — не его. — Алан уже засмеялся.
С Аланом, с одной стороны, он всё же решил меня взять под локоток и придерживать, пока я не поднимусь, я благополучно одолела эту лестницу. На ровной поверхности Алан меня отпустил, подмигнул, и мы пошли к кафе, весело смеясь, вокруг нас было много народу, но было ощущение, что мы одни. Зайдя в кафе, потом в кабинет, я увидела Мирона в крайней степени раздражения, он только едой не кидался в стену, даже моё присутствие не смягчило Мирона.
— Садитесь. — Мирон ушёл в свои переживания, ответил резко, потом постарался взять себя в руки. Стены кабинета, где мы сидели, начали давить, как будто весь воздух вышел, занесли горячий чай, Мирон кивнул, чтобы мы присоединялись, Алан мне налил чая, себе, Мирон чуть не выхватил у него чайник и налил себе. У Мирона точка кипения уже была пройдена, он, обжигаясь, пил чай, постоянно поправляя волосы, которые у него из хвоста пытались вырваться, руки тряслись.
Была не была, скажу своё дурацкое предложение:
— Мирон, вам нужно завести любовницу.
В этот момент Мирон пил чай и поперхнулся, Алан посмотрел на меня осуждающим взглядом, из серии «но не под горячий же чай вносить такое предложение», да, я цинична, что поделать. Жена Мирона — не самый лучший персонаж, а Мирон классный, она ему жизнь отравляет, да, пусть не ангел Мирон, да что я оправдываюсь, нет у меня женской солидарности и не будет, не созрела.
— Алён, я даже не знаю, как реагировать, ваши предложения по моей семейной жизни всё фантастичнее и фантастичнее, — сказал Мирон, откашлявшись, — но такого я даже от вас не ожидал.
— Вот я серьёзно, — сказала я немного с дебиловатым выражением на лице, так получилось, не специально, — не шучу, представьте себе, приходите домой, натраханный, жена орёт дурниной, зато по делу орёт, не обидно. Оправдываться не хочется, давление не поднимается, хочется спать. Это когда не виноват — обидно, а когда виноват — вообще не обидно, сердце не перенапрягается. Главное — всё отрицать, а когда будут к стенке прижимать, думать: будешь так ещё орать, то я ещё раз пойду потрахаюсь, стресс-то надо снять, замкнутый круг. — Я пожала плечами и развела руками. — Понятно, что ситуацию не исправишь этим, зато на душе и в теле тёпленько, от сладкой мести.
— Да, я смотрю, Алёнушка, вы на опыте, — хохотнул Мирон, Алан тоже еле сдерживался.
— Даже и кандидатура есть? — с любопытством на меня посмотрел Мирон, Алан тоже не сводил с меня взгляда, Мирон продолжил: — Ещё бы Алёнушка не вносила предложения, не имея конкретных имён. Сколько, выбор будет? — Мирон заинтересованно на меня смотрел, забыл, что поругался с женой, уже его всё веселило.
— Увы, кандидатура одна, но я в ней уверена, главное, жена не учует, в прямом смысле этого слова, от неё любовницей не пахнет, инстинкт не сработает. — Глаза у Мирона потемнели, он догадался, о ком я, конечно, об Аньке, она же не человек, тяжело интуиции Ирины будет понять, с кем проводит время Мирон.
— Алёнушка, не ожидал, — сказал Мирон немного смущённо, у Алана глаза смеялись, но он старался сдерживаться, периодически отводил взгляд в окно, чтобы не засмеяться.
— Нет, ну а что? Это единственный вариант, умна, красива, а самое главное — не заподозришь, более того, вы ей очень нравитесь, такое провернула на свадьбе, и никто ничего не заподозрил, так что мой совет — приглядеться. — Я улыбалась.
— Весёлая вы, Алёнушка, за что вас и люблю, — сказал Мирон, посмотрев в окно, после паузы продолжил более бодрым голосом: — Ладно, обещаю подумать. — Я, довольная, улыбнулась. Мирон продолжил, посмотрев на Алана: — Алан, Алёна не любит мою жену, так что подобные предложения будут поступать постоянно, советую не обращать внимания. Зато сразу веселее и мысли такие появляются, моя жена ещё ничего по сравнению с Алёнушкой. — Мирон подмигнул мне, и они уже с Аланом засмеялись в голос.
— Да нужна она мне больно, — запальчиво ответила я, — не любить её, я к ней равнодушна, не нужно мне приписывать чувства, которых нет. — Продолжила я обиженным голосом. — И не нужно меня сравнивать с вашей женой, кто я по сравнению с королевой, ой, с замминистра. — Мирон ехидно подмигнул мне и ответил:
— Люблю, когда вы, Алёнушка, обижаетесь, сразу такая хорошенькая, ершистая. — Потёр ладони об ладони.
— Всё, всё, посмеялись, и будет. — Мирон поднял руки, после продолжил: — Мы усечённым составом, но, может, будут какие предложения по поводу входа в политику Алана? — Решил резко сменить тему Мирон, оба мужчины посмотрели на меня, я ответила:
— У меня только одно пока предложение, но предлагаю на нём заострить внимание, Тень Алекса — опытный политик, он просится к нам. Уверена, с удовольствием будет помогать Алану по моей просьбе. Сказал, скучает по нашей жизни, очень хочет назад, но вернуться он сможет только с моей помощью.
Алан удивлённо посмотрел на меня и ответил:
— Ты уверена? Он «внедренец», враг, как он будет помогать мне? Уверена, что не подставит?
— А какая разница, скажем, что нужно привести в политику тебя. — Я показала на Алана. — Конечную цель ему знать необязательно. Огромный плюс — говорит на всех языках, так что можно на любые переговоры с ним ехать. — Алан многозначительно кивнул.
— Он довёл, — продолжила я, — простого пацана до уровня помощника президента, так что у меня нет более достойной кандидатуры, и это не когда-то триста лет назад, а сейчас, сказал, что сделал бы его президентом, но увы, я его выгнала из Алекса. — Сказала я возбуждённым голосом, размахивая руками. — Конечно, я сама помогу чем смогу в этом деле, если нужно, но советовать я не смогу, вести тоже, не моя это компетенция, максимум, если что нужно, то подключусь разовыми акциями в пределах своих возможностей. А Тень Алекса — не русский, к русским ниточка никак не приведёт, теоретически могу ему и тело дать, но проблема в том, что нужно будет тебе постоянно с ним быть, если будет невидимый, то проще. Всё это решаемо, я его вызову, сможем переговорить, просто мне тоже нужно его пристроить, скоро он будет сильно настаивать, придётся что-то думать, а потом его уже не выдернешь так легко.
— Мы Аннушку к Тёмному пристроили, — сказал Мирон задумчиво, — так они такое там устроили, по-моему, человек семь уже с должностей слетели, чистки идут. Под следствием человек двадцать, проверяют на связи с иностранными разведками, работу на компании и прочие моменты. Не знаю, как Тень Алекса, но Аннушка сильная, умная, интересная, я часто на общих собраниях с ней пересекаюсь, общаюсь. Её сейчас не узнать, стала совсем другая. — Мирон как-то мягко о ней говорил, я заинтересованно на него посмотрела, он отвернулся.
— Ты же знаешь, — я посмотрела на Алана, — мы в России не националисты, для нас имеет значение личные качества, Тень Алекса подходит по личным качествам, ну и что, что не человек. — Алан засмеялся, Мирон прыснул в кулак.
— Алён, шутница ты знатная, — Алан показал, что сдаётся.
Мирон подёргал свою чёрную испанскую бородку, в очередной раз удивилась, как у блондина может расти чёрная борода, и сказал:
— Ребят, мне нечего предложить, — он развёл руками, — у Алёны не просто козырь, это туз козырной, мои все предложения звучат жалко. Могу только помочь с разведкой, аналитикой, чем смогу, любое предложение обсудим и решим.
Мирон посмотрел на меня с блеском в глазах и продолжил мягким тягучим голосом, как будто свою тайную мечту озвучил:
— Как мне интересно пообщаться с таким персонажем, как Тень Алекса, давно хочу, но знаю, что для вас это не просто, Алёнушка, поэтому и не предлагаю. Нужно решить, как это сделать, не вытягивая из вас последние силы. — Мирон посмотрел на Алана. — Алан, ты как, хочешь себе такого помощника, как я понял, вы уже общались?
— Мирон, я с неорганическими постоянно в сновидении общаюсь, вряд ли будет от меня какая-то неадекватная реакция на его присутствие, мне самому интересно, такое приключение. — Алан не сводил с меня глаз.
— Позвать сейчас? — Мужчины переглянулись, немного задумчиво зависли и кивнули, я показала, чтобы отвернулись, они отвернулись. Я сосредоточилась на ощущении Тени и потянула за это ощущение, таким образом я даю сигнал, что хочу увидеться, Тень через пару минут появился. Сразу стало холоднее, никак не могу понять, откуда такой холодовой эффект, появился Тень.
Я села ровно, мужчины смотрели на Тень, который завис возле окна, стало значительно темнее в помещении.
— Алёна, приветствую, вижу, не одна, парень из гостиницы и незнакомый мужчина, надеюсь, познакомлюсь, слушаю вас. — Его голос был слышен, в этот раз он не стал проникать в мысли. Мирон побледнел, Алан уже встречался с Тенью, поэтому кивнул.
— Мирон, — сказал Мирон.
— Алан, — сказал Алан. Тень не назвался, у него же нет имени, поэтому пусть будет Тень.
— Помнишь, ты просился к нам? — сказала я загадочным голосом.
— Как я могу забыть об этом, я устал ждать, — сказал Тень Алекса.
— Я долго думала и решила, что с Алексом вряд ли тебе будет интересно, он хочет сам попробовать, в целом получается, поэтому у меня предложение покруче. — Я говорила интригующим голосом.
— Жду, весь в нетерпении. — Тень Алекса даже подрагивал.
— Алан, — я указала на Алана, — думаю, тебе будет интересно его ввести в британскую политику.
Тень Алекса затрепетал и ответил:
— Он русский? Если да, то даже я не смогу.
— Нет, это британский аристократ, — продолжила я, — положение в обществе, деньги, связи отца, образование — всё присутствует. — Алан кивнул. — По правде сказать, он и сам сможет без тебя, но я тебя хвалила как профессионала, рассказала про тебя, он согласился поговорить. Просто ты просился к нам, мне показалось, что для тебя это шанс.
Явно Тень задумался и ответил:
— С такими исходными данными и внешностью в любой другой стране проще простого, только не в Британии. Там у большинства «внедренец», если обычные люди ещё не все поражены, то во власть на сто процентов просто не пропустят чистого. Кстати, как ни странно, в спецслужбах есть отдельные непоражённые, в руководстве, да и в полиции, в надзорных органах, судьи. Сильных людей сложно поразить, если они не поддаются страху, но политики Британии — не особо сильные люди, так что там почти все. Так что без меня вариантов нет, даже мне подумать нужно, что сделать. Ты сновидящий, судя по всему. — Алекс улыбнулся и кивнул, Мирон так и продолжал сидеть, вжавшись в диван, напряжённо смотря на Тень.
Тень продолжил неуверенным голосом:
— Проблема. — Секунд десять он молчал, потом продолжил: — Алёна, Алёна, умеешь ты удивлять, задача очень сложная, нужно обдумать.
Алан ответил:
— Я решу эту проблему, мы с Алёной что-нибудь придумаем по поводу твоего присутствия в этом мире.
— Тело хотел, а теперь опять застреваю в этом убогом виде, но если всё у нас получится, то тело ты мне дашь, верно? Понятно, просто так никто не даст, поэтому буду стараться сделать всё, как ты хочешь. — Тень замельтешил перед нами.
— Тело ты получишь, не сомневайся, — сказала я, — но только тогда, когда я решу, что тебе пора дать тело. Ты пойми, в этом виде у тебя возможностей намного больше, сначала поживи в этом виде, потом будешь в человеческом, назад ведь не отыграешь, у человеческого тела много ограничений.
— Тоже верно, не поспоришь. — Похоже, Тень не очень рад перспективе, в принципе ввязываться в британскую политику, было ощущение, что не хочет. Какой-то он был нерадостный, печальный даже.
— Тень, если ты не хочешь, — решила я расставить все точки над «и», — то неволить не стану, я против того, чтобы заставлять кого бы то ни было, так и скажи, что не потянешь, слишком сложное задание. Будет проблема, если у тебя не получится и ты нас здорово подставишь, ты бессмертен, мы все — нет. Если я пропаду, то тело тебе точно не получить, я одна могу его дать, так что лучше откажись сейчас, если считаешь, что твои соплеменники умнее тебя и смогут нас раскусить. Никаких обид с моей стороны, даже не думай. Какие-то консультации мы у тебя будем брать, не думаю, что для тебя будет сложно.
— Ты уверена, что без меня справитесь? — сказал Тень с вызовом в голосе.
— Ты же знаешь, путей много, просто выбираешь путь и идёшь по нему, не получается — сворачиваешь на другой и так, пока не начнёт получаться или не поймёшь, что не стоит этот путь усилий. Алан и я — сильнейшие сновидящие, мои способности ты знаешь, думаю, и без тебя получится. Так что если нет, то скажи чётко, что нет. — Честно, я думала, Тень согласится, совсем не думала, что он может отказать, мне казалось, что для него это не проблема, но оказалось, что проблема.
— А я отвечу на свой вопрос, — ответил Тень предостерегающим голосом, — не сможете, даже не стоит пытаться, сразу вам говорю, вы даже не представляете, во что вы ввязываетесь, или со мной, или не стоит рисковать жизнью. Там сидят все самые агрессивные, наглые, жёсткие, беспринципные «внедренцы», просто отметут по тому, что у вас нет «внедренца». Это не я, для тарана используют самых жёстких завоевателей, страну полегче не могли найти.
Я пожала плечами и ответила:
— А другая страна невозможна, он подданный Британии.
Тень задумался и ответил:
— Я согласен, но мне нужно подумать, что делать, а вам — как меня безболезненно вытащить в ваш мир. Сразу говорю, могу гарантировать только жизнь Алана, всё, больше не могу ничего гарантировать, тем более успех в политике, буду думать. На днях вызовешь меня, я сообщу, что придумал, а сейчас мне пора уходить, я уже тебя разрушаю, Аль.
Алан при звуках моего имени вздрогнул и посмотрел на Тень, он мгновенно пропал, стало значительно теплее. Я замёрзла за время разговора, потрогала чайник, но он уже остыл. Мирон нажал на звонок, пришла через минуту официантка, Мирон заказал чай облепиховый, официантка вышла.
— Эх, Ричард, наворотил ты дел в своей стране, теперь как это решить — непонятно, они же как зараза на весь мир расползутся, карантином не закрыть страну. — Мирон удручённо смотрел на Алана, который пожал плечами и тяжело вздохнул. Мирон слегка трясся и пытался согреться, постоянно поглаживая плечи, его, похоже, от эмоций немного потряхивало, не каждый день общается с представителем иной цивилизации вот так запросто.
— Да, как выяснилось, всё намного хуже, чем думалось. — Алан нервно теребил салфетку. — Мне нужно к отцу, всё обсудить. — Он быстро посмотрел на Мирона и продолжил немного дрогнувшим голосом: — И ещё, ты можешь связать меня с человеком, кто занимается подчисткой в моём телефоне? Не все разговоры, я хочу, чтобы слышал отец или ты, некоторые стоит заменить на шум. Всё-таки есть личная жизнь.
— Не волнуйся, все твои разговоры с Алёной, — я усмехнулась, кроме меня, личной жизни у Алана не бывает, — автоматически подтираются, Кир написал ещё в прошлый раз программу. — Мирон посмотрел на дверь, в которую постучались, ответил «войдите», дверь открылась, занесли чай, после того как официантка поставила чай и закрыла дверь, Мирон продолжил, разливая чай в стаканы: — Автоматически при звуках её голоса включается шум машин, разный гвалт, судя по обстановке, — он поднял палец вверх, заостряя внимание на своих словах, — это только если вы вдвоём общаетесь. Если голос Алёны и ещё несколько голосов, что совещание, такое не глушится, или что-то ещё нужно стереть? — Алан кивнул. — Высылай мне время или действие, какое было, мы сотрём, если точное время — то не прослушивая, если действие — то нужно найти, человек послушает. Без запроса тебя не слушают, поэтому немедленных действий не жди, если что-то случится.
Алан с уважением посмотрел на Мирона, я немного подвисла — Кирюха голова, умище, такие программы пишет, даже не сказал, написал и поставил, чтобы никто меня с Аланом не слушал, плюсик к карме Кириллу.
Время текло стремительно, вторая половина дня подходила к концу, после того как мы всё доели и попили, Алан встал и сказал:
— Всё понятно, нужно подумать, с отцом переговорить, сегодня в ночь вылет, поэтому откланяюсь, мне пора.
Алан кивнул нам по очереди, мы кивнули в ответ, и он вышел. Мирон задумчиво посмотрел на меня.
— Алён, не знаю, что делать. — Его голос был рассеян и задумчив. — Как сообщить о том, что происходит захват «внедренцами»? Мне кажется, нельзя такие вещи скрывать от вышестоящего руководства. Мы не можем тайно этим заниматься, нужны резервы, финансирование, время, которого у нас нет, сейчас Георгию накидают нереальных заданий, будем сидеть, голову ломать, как это всё провернуть. Просто тупо нет времени всё полноценно реализовать, пока везёт, но надолго ли. Когда над такой сложной операцией работать? Ещё Алан, тоже непонятно, как это всё оформить, формально Британия — не наша компетенция, мы же не добрые самаритяне, не можем помогать просто так. Ты что думаешь?
Я задумалась и ответила:
— Алан — наш козырь, если кто-то узнает, что он с нами, могут где-то проболтаться, точно про Алана молчим, тем более пока непонятно, получится или нет, даже Тень не даёт гарантий. Если не получится, то начнутся у вас проблемы, вашим противникам только дай повод, так что Алан — точно нет. Я сама буду с ним вести дела, сильного вмешательства с нашей стороны не будет, он сам справится, а разведданные, аналитику мы и так сделаем. Если узнают, что интересуемся, скажем, что работаем на этом направлении косвенно, чтобы не терять полностью страну, ищем зацепки.
— С этим согласен, Алан лично наш, тем более вы в сновидениях можете общаться, это уже по времени не регламентируется, а вы, Алёнушка, удобный сотрудник, круглосуточный. — Он мягко улыбнулся.
— Да, я переплюну Георгия, — весело сказала я, — он всего лишь не спит ночами, работает, а я ещё и во сне работаю.
Мирон невесело усмехнулся, сел рядом со мной на диван, прижал меня к себе и тут же отпустил.
— Непростое время сейчас у страны, ох непростое. — Сказал с тяжёлым вздохом Мирон. — Ещё и как с этими «внедренцами» бороться — совсем не понимаю, мне кажется, это не мой уровень.
— Мирон, это даже не мой уровень, а уж кто-кто, а я с неорганическими с детства, Ричард, отец Алана, спасовал, а он в нашем мире самый компетентный по борьбе с такими вещами. Хотя кого я обманываю, он теоретик, богатый, избалованный, какой из него борец, вряд ли стариканы из его совета лучше, так что на них расчёта нет, хоть бы не лезли, не мешали. Ричард сам не хочет им говорить, что он поменял мнение, всех всё устраивает, лень, она такая, быстро забирается в тело. Хотя фильм создали, который выгоняет «внедренцев», но это капля в море. — Я тяжело вздохнула, Мирон поддержал, тоже тяжело вздохнул.
— Хотя бы какой-то информацией поделился, но нет, молчит, как будто не общее дело делаем, будто планеты разные. — Мирон зло стучал по столу пальцами, после продолжил приказным тоном: — Скажите Алану, пусть выпытывает у отца разработки, как-то фильм они создали, мне кажется, нужно в эту сторону тоже копать, хоть какая-то польза. Мне не нравится, что Ричард не хочет сотрудничать, нужно заставить. Как хотите, через Алана, сама с ним поговори, но так не пойдёт, мы как слепые котята, ничего не понимаем, а он в этой теме много лет. Вы же видите, Алёнушка, неорганические даже шанса нам не дают на выигрыш, это, конечно, давит, но опустить руки, как Ричард, я не намерен.
— Хорошо, я поговорю, — ответила я, кивнув головой. — Ещё просьба: Анну бережём как зеницу ока, никому не рассказываем о её происхождении.
— Даже не обсуждается, — ответил Мирон, возмущённо на меня посмотрев, — Аню я подставлять не буду, она человек, всё. — Он рубанул по воздуху. — Она мне сказала, что не отличается от человека, я верю.
— Честно, — сказала я, смотря Мирону прямо в глаза, — моё мнение: пока не нужно ничего рассказывать о «внедренцах», я себя постоянно чувствую полусумасшедшей из-за своих взглядов, не хочу, чтобы вас высмеивали, даже если докажем, что изменится? Тёмный знает, не похоже, что стремится делиться знанием, а мы почему должны подставляться? Какие ресурсы могут дать? Мы пока не знаем, что делать, денег мы можем и под другой проект взять, никто не знает расходов, время? Будем подключать по максимуму других людей, чтобы своё время сохранить.
— Эх, Алёнушка, не верите вы в государственную машину, не верите, — сказал Мирон, криво улыбаясь.
— А потому что её нет, — сказала я жёстко, — есть отдельные люди со своими интересами, которые хотят дальше подниматься по карьерной лестнице, как в игре, а самое простое — это подставить, и такой шанс не упустят. Вы сразу станете фигурой, над которой можно смеяться, ваш трон пошатнётся.
— Трон, тоже скажете, — скривившись, прокомментировал моё высказывание Мирон, я пожала плечами, какая разница, как назвать. — Я услышал. — Он задумчиво потёр свою бородку. — Наверно, соглашусь, пока молчим и делаем свою работу, раздувая свою значимость и выбивая по максимуму денег.
Я кивнула, соглашаясь.
— Сейчас едем на работу, вы на тренировку, скоро совсем форму растеряете, груша сама себя не изобьёт, так что поехали. — Мирон махнул мне рукой, приглашая встать, сам встал, и мы пошли на выход, сели в бронированную машину Мирона и поехали. Мирон всю дорогу очень грустно улыбался и молчал, был в каких-то своих грустных думах.
Я зашла к себе в кабинет, переоделась в шорты и майку чёрного цвета и помчалась на тренировку. Никитин тоже был в зале, так что удалось уговорить подержать меня на лапах (термин, когда боксёр точно бьёт в боксёрские лапы, отрабатывая серии ударов, тренируется жёсткость, сила ударов и правильная техника в целом). Потом вместе пошли на тренажёры, устали оба, Никитин смотрел на меня снисходительно, но по технике всегда подсказывал, мы по очереди поработали на тренажёрах, конечно, с разным весом. Никита Никитин — это русский богатырь, не перекачанный, высокий, рыжий, с бородой, немного конопатый, белокожий, одет он был в чёрные шорты и майку, все мышцы видно. Такой русский парень, добрый, но ругаться с ним не хочется, такая мощная, настоящая глыба, мне каждый раз хочется спросить: «Никита, ты меня простил за нос и губу, что я разбила?» Но держусь, вроде педагогический момент был, по обоюдному согласию, но всё равно страшновато бывает, вдруг припомнит.
После тренировки я поела, затеяла уборку в своей комнате, всё валялось в шкафу, я повесила по костюмам, чтобы легко было одевать, вымыла ванну, помыла полы, вытерла пыль и часов в десять легла спать.
Зайдя в осознанное сновидение, я побрела, особо не хотелось что-то делать, искать, просто шла куда ноги шли, впереди были серые и мрачные строения, чаще всего я оказываюсь в городах с очертаниями, похожими на те, что знаю, но очень отдалённо.
Навстречу мне шёл Алан, он был в белой рубашке и тёмно-серых брюках, как ему идут эти белые рубашки, особенно если расстёгивает несколько пуговиц сверху, просто мечта девушек, а не парень. Подойдя ко мне, он кивнул и сказал:
— Я уже дома, в замке, только пришёл и сразу уснул, кстати, одежду тебе купил, так что голой ты не останешься. — Он подмигнул, я улыбнулась и кивнула, интересно посмотреть, что мне купил Алан. — У меня по дороге мысль возникла, — продолжал Алан, — если ты редкой энергетической конфигурации, то есть определённые практики, когда такой человек влияет на своих учеников за счёт именно своей необычной энергии. Может, попробуем? — Алан посмотрел на меня, в глазах было ожидание ответа, я пожала плечами. — Ничего сложного, я сам пытался это сделать, но без такого, как ты, не получается, но эта практика меня интересует, хочу поменять направление глаз и собирать не только мир, что прямо, но и мир, что вокруг.
— Даже так, — сказала я. Мы пошли не торопясь по мрачному предрассветному городу.
— Глаза привыкают смотреть в одном направлении, и получается, что мы пользуемся одними и теми же потоками энергии, — продолжил Алан, — меняя направление глаз, задействуются другие потоки. Люди часто устают от себя самих, потому что пользуются не только привычными вещами, но и привычным положением глаз. Смена положения глаз задействует потоки, которыми никогда не пользовались, а это невероятный источник энергии, силы, молодости. — Я усмехнулась и подумала: «Как раз молодости тебе, Алан, не хватает, в двадцать пять лет». Алан продолжал: — Рождаются другие мысли, настроения, чувства. Это только кажется, что все люди смотрят одинаково, но это не так, все по-разному. Сильно сместить, чтобы автоматически не возвращались к прежнему положению, можно только при помощи человека, у которого редкая энергетическая конфигурация, то есть тебя. — Алан был такой воодушевлённый, мне идея понравилась, поучаствовать в древней практике — да я всегда «за».
— Согласна, если это не больно. — Я подмигнула.
Алан закатил глаза и засмеялся, после ответил:
— Не больно.
— Когда? — спросила я.
— Давай сейчас, проснёмся у меня, там часа на два, не больше. — Я кивнула, он взял меня за руки, меня закружило.