Смешно сказать, мой дед всю жизнь проработал кочегаром. Я гуляла и вспоминала свою семью, тех, что графья, со стороны отца. Так моя бабка всегда говорила: чай не графья, это ты у нас граф, тыкала она в деда, а дед на неё сильно матерился, чтобы молчала. Я думала, шутит бабушка над дедом, оказалось — нет, не шутка была. Мой дед Арефий Александр, у него двойное имя, я ещё смеялась в детстве над этим. Отец был по отчеству Арефьевич, а деда моего все звали Александр, сокращали и всё никак не могли понять, почему так. Дед говорил всем, что его мать никак с именем не могла определиться, но, похоже, причина другая. Я сейчас вспоминаю нестыковки, которым в детстве не придавала значения, а сейчас они подсветились, после того как я узнала, кто мои предки.
А мой отец всю жизнь пробегал за женщинами, наверно, я в него — влюбчивая и немного ветреная. Хотя это я так думаю про себя, просто такой период в жизни, кто знает, может, позже стану другой. Я меняюсь, мир меняется. Правда, отца ещё и интересовал алкоголь, меня не интересует. И ещё постоянно рассказывал сон, что он гусар на коне и идёт в атаку, война ему снилась постоянно, хотя он и не воевал. Именно период гусар снился, говорит, в подробностях знал ту эпоху по снам. Говорил, что проживает две жизни, во сне в качестве гусара и в обычном мире. Так и жил он в обычном мире как гусар: выпил, пошёл завоёвывать очередную грудастую красотку. Поэтому и с моей матерью расстались, похоже, не выдержала пролетарская душа моей матери широкой гусарской души. Я пинала воздух и редкие листья и шла по тропинкам, заходя всё глубже в парк, солнце почти село, а я всё вспоминала и вспоминала. Мне ни тепло, ни холодно стало от этой информации, просто немного прояснилась ситуация со странностями моих родственников. Даже Ленку можно понять, её злобу, она почти «принцесса», а по факту бедная и ничего не получается в жизни. Ей внушали с детства, что она особенная, а получилось, что неудачница, у которой ничего не получилось. Если бы она родилась в Британии, за титул её бы уважали, а в России никому не интересно. Думаю, у неё даже страх рассказать о происхождении въелся в кожу — она никогда этим не хвасталась и в разговоре не упоминала. Бабка Прасковья, думаю, с детства ей внушила молчать, а мне вообще ничего не рассказали, как будто я чужая. Да, революция в России сильно разорвала семейные корни, резко все стали Иванами Безродными. Скорее всего, и фамилию мои родственники поменяли, чтобы их не нашли. Просто помню, мой дед рассказывал, что в паспортном столе попросил паспортистку сделать ему более красивую фамилию, и она сделала. Правда, имя он оставил двойное, я видела паспорт, даже интересно, какая фамилия у него была настоящая. Ещё помню, все сокрушались, что у отца одна дочь, это я, естественно, фамилия не передастся, женщины берут фамилию мужа. Я всегда думала, что чушь какая-то, кому интересна фамилия, а оказывается, всё сложнее, хоть титул и не действует в России, но связь с предками какая-никакая. Хотя по титулам я не сильна, просто помню, что по мужской линии передаются, но дочери тоже имеют титул отца, пока не войдут в другую семью.
Ещё помню историю с фамилией Ленки, она её ещё в детстве несколько раз меняла, я не понимала для чего. Я так и не поняла, какая у неё фамилия настоящая, и мать её тоже постоянно меняла фамилию, похоже, боялись своей фамилии.
Я встряхнула головой, пустые пробелы моего детства потихоньку вставали на свои места. Вот Кир посмеётся, когда ему Мирон расскажет, надо сегодня сказать, чтобы не говорил, а то так и появится у меня подпольная кличка «графиня». Я засмеялась, представив шуточки от Кира, прошлое пусть будет в прошлом, ничего не изменилось для меня, совсем ничего. Даже если и восстановлю документы или просто найду их, даже не знаю где искать, ничего это не изменит в моей жизни. К своим родственникам я не поеду выяснять до конца, что да как, не хотели рассказывать — значит, это их выбор. Что я, приеду, распахну объятия и скажу: «Теперь я знаю, что вы от меня скрывали, примите в семью». Представляю, какой будет шок на их чванливых лицах. Дед давно умер, остальным на меня было глубоко наплевать, даже не здоровались на улице, когда видели. У меня своя жизнь, в ней мне намного лучше, а то от одного вида Ленки повеяло каким-то средневековьем. Склепом и серостью мрачной, брр, я туда ни ногой.
До позднего вечера я гуляла, комары меня не доставали, похоже, из уважения к человеку с такими проблемами. Поздно вечером я зашла в павильон и решила под утро проснуться в доме у Алекса. Мирон написал, что они будут к десяти утра в Ницце у Ричарда, он должен встретить, я плюс-минус к этому времени должна быть.
Я проснулась в кровати у Алекса, он спал, раскинув руки. Одно меня радует, что Алекс спит один, было бы весело проснуться в кровати, а он с дамой. Может, поэтому и не с дамой спит, боится оконфузиться. Представляю, я появляюсь, а у них жаришка, любовь и всё такое, так и до инфаркта недалеко. Я потянулась, отодвинулась от Алекса и посмотрела на вид из окна его спальни. На море начинался рассвет, величественное зрелище, разноцветное, вдохновляющее, я зависла, рассматривая зарево. Честно признаюсь, я специально подгадала по времени, чтобы не пропустить рассвет, в осознанном сновидении я время чувствую лучше, чем в обычном. После того как солнце встало, я, эстетически себя полностью удовлетворив и с отличным настроением, пошла в ванну. Приведя себя в порядок, вышла из ванной и подошла к шкафу, чтобы не смущать Алекса, вдруг он проснётся, я замоталась полотенцем.
В шкафу выбрала скромное платье чёрного цвета, похоже, для похорон купил его Алекс. Горло закрыто вместе с грудью, благо руки открыты, само по себе широкое, по колено. Плюс широкое и, судя по всему, не жарко в нём будет, потому что судя по небу, жара будет знатная. Переодевшись, я повернулась и посмотрела на Алекса, он открыл глаза и сразу подскочил.
— Аль, ну наконец-то, — он всплеснул руками пытаясь сойти с кровати, она была мягкая и он старался выровняться, — куда вы пропали, где Мастер Генеша? — кому что, а Алекса интересует только один человек в этом мире, Георгий, он же Мастер Генеша. Он схватился за лицо, потом с трудом отлепил и продолжил:
— Ты даже не представляешь, что я только не передумал, — его голос дрожал, он еле сдерживался, чтобы не зарыдать, нижняя челюсть дрожала.
— Привет, Алекс, — спокойно сказала я.
— Где он, где он? — кинулся ко мне Алекс, я сделала шаг назад и упёрлась спиной в шкаф.
— Он занят, — сказала я, задумавшись.
— Как это занят, Аль, он пропал. Он с тобой общается? – спросил Алекс. Я отрицательно покачала головой, Алекс упал на стул, который стоял возле стола. Он был в семейных трусах, небритый, глаза красные, его тёмные волосы были растрёпаны, вид несчастный.
— Аль, умоляю, спаси его, — прошептал Алекс, — я чувствую, что с ним беда, — он смотрел на меня с мольбой. Я крепко задумалась. Похоже, я плохая подруга, в своих проблемах как-то упустила, что Георгия надо вытаскивать, он здесь нужен, помог и хватит. Конечно, Мирон всё делает, чтобы Георгий вернулся, он сейчас за двоих работает, Георгий ему необходим, но, похоже, не получается у него. Надо крепко подумать, создать план, но, по-моему, Алиса говорила, что физически невозможно его вытащить, вроде в бункере он, а вокруг военные действия. А Мирон всё время говорил, что в командировке, командировке. Как-то я расслабилась, сегодня или завтра этот вопрос подниму, будем думать, как вытаскивать. Как некстати празднования у Ричарда, это всё время, ещё неизвестно, чем закончится празднование в «семейном кругу», я и Ирина — это гремучая смесь.
Меня просто перекосило от воспоминаний об Ирине, Алекс не сводил с меня взгляда. Помочь Георгию я— это какой-то нонсенс. Никогда в голове не возникало мысли, что я могу помочь Георгию, да и как, пока не возникает. Но главное мысль поселить в голове, решение придёт.
— Алекс, спокойно, я тебя услышала, — сказала я раздельно каждое слово, смотря Алексу в глаза, он сглотнул и кивнул, — сегодня этим займусь, как-то упустила момент. Я никогда не думала, что имею право лезть в его дела, — озвучила я свои мысли.
— Да, Мастер такой, — с надеждой в глазах сказал Алекс, — А где он?
— Точно не знаю, но место небезопасное, — Алекс ударил себя по лбу.
— Не волнуйся, я буду работать над тем, чтобы его вытащить, — сказала спокойным голосом я, поняв, что совершила оплошность, Алекс побледнел как мел, — сегодня займусь, ты мне веришь? — я посмотрела ему прямо в глаза.
— Умоляю, Аль, спаси его, умоляю, — он схватил меня за руки. Взгляд блуждал, голос дрожал.
Я задумалась, села на стул, подъехала к окну, где была тень, и посмотрела задумчиво на море. На море было волнение, небольшие суда еле справлялись, постоянно выравнивались. Чайки летали над судами, пытаясь отобрать улов, и очень громко кричали. Мысли переключились на окружающее пространство, но я вернула их назад.
«А если его через сновидение попробовать вытащить, — меня озарила идея, — ну а что я могу придумать, это моя специализация, не бомбардировщик же мне вести в зону боевых действий. Если бы можно было другими путями, более простыми, то давно бы вытащили, Георгий слишком ценен. Должно быть решение, — думала я, задумчиво сцепив пальцы рук, — понятно, что Георгий не самый сильный сновидящий, точнее средний. Осознанное сновидение не его специализация. Проснуться в другом месте он и при таком раскладе, как я или Алан, не сможет. Вытащить, как меня или отца Алан вытаскивал, тоже нет, он еле отца вытащил, а Ричард отличный сновидящий, с Георгием не сравнится. Надо с ними вместе подумать. Как вариант — сказать: поможете, мы забудем об инциденте с тем, что они занимаются экспансией другого мира. Просто забудем, если они гарантируют, что проведут работу, чтобы никто из их подопечных не лез в дела нашей страны. Надо это так всё подвести, что они виноваты, мы всё знаем, они нанесли страшный вред стране, а потом предложить выход — вытащить Георгия, тогда мы успокоимся. Вроде мы им помогаем, лояльные, сделали как Ричард хотел, избавили от пяти политиков, которые ему мешали. Закидать фактами, какие мы красавцы, а он за нашей спиной развил деятельность, вредящую нашей стране. Обиженная физиономия от меня и Мирона, потом Ричард почувствует себя виноватым, я немного сгущу атмосферу, и он согласится помочь с Георгием. Он умный и опытный, по-любому придумает. Похоже, это был план».
Алекс неотрывно следил за выражением моего лица, я развернулась от окна и улыбнулась.
— Сегодня займусь, пара идей есть, — я решительно встала. Живот заурчал.
— Есть что покушать? – спросила я.
— Пойдём, организую, ты что хочешь? – деловито натягивая шорты, спросил Алекс, — Яичницу, кашу с фруктами, пицца есть вчерашняя, — сказал Алекс, прикрывая дверь ванной. Оттуда донёсся шум воды, я оторвалась от созерцания моря и пошла вниз. Подожду внизу. Спускаясь по лестнице, у меня возникло ощущение дома, как будто я уезжала и наконец-то вернулась, даже слёзы на глазах набежали. Как это странно, у меня по факту дома-то и нет, я всегда где-то, похоже, уже душа хочет загнездиться, естественное желание домой возвращаться, а не куда пошлёт Родина. Уже надоело бродячим музыкантом быть. Я вспомнила песню и напела:
— Ничего на свете лучше нету, чем бродить друзьям по белу свету. – хотя нет, не подходит. Получается, просто бродить без друзей. Ноги уже меня принесли на кухню, и мысли появились вполне материальные:
«Надо порыться в ящиках на кухне, может, вкусное что сделаю. Судя по планам, надо хорошо покушать, обед будет нескоро. – думала я, гремя кастрюлями и дёргая шкафчики, осматривая ассортимент. Кашу найти с первого раза не удалось, продолжала активно рыть по полкам, я отодвигала спагетти, какие-то упаковки с надписями на французском, банки, — Нам с Мироном работать надо, план уже есть, а там эта Ирина, чтоб её понос прохватил и она в туалете на горшке сидела. Кстати, идея, можно организовать болезнь живота, пока мы будем общаться. Ладно, плохая идея, но может, она вообще не полетит? Эх, надежды мало. Тут очень тонко играть надо, а то, что Ирина испортит, — вероятность семьдесят на тридцать не в нашу пользу. Похоже, я себя настроила хуже некуда. Мы бы с Мироном быстро Ричарда с Аланом развели, а Ирина начнёт обычную песню про любовников, да как вообще обсуждать такие вопросы при ней. Но и просто увидеться, дежурно наулыбаться и убраться на Родину не получится. А одной мне тяжело будет, не моя компетенция. Я от лица всей страны вряд ли могу говорить, меня Ричард засмеёт, мне партнёр нужен. Мирон в этом отношении идеален, компетентен и меня чувствует отлично, какие песни с ним пишем». Мозг кипел от мыслей, руки и глаза были заняты осмотром будущей еды. Кроме спагетти, ничего знакомого не нашла, всё запечатано.
Алекс спустился, весь благоухая вкусным шампунем, как ему удалось так быстро помыться. Когда он подошёл, я схватила его голову, уткнулась в шевелюру, блаженно принюхиваясь.
— М-м-м, что за запах, — сказала я, пребывая в нирване.
— Прованская косметика, — сказал довольный Алекс, — скажи, кайф.
— Не то слово, она не съедобная? — сказала я, отпуская его голову.
— Да кто знает, — аккуратно поправляя причёску, что я растрепала, сказал Алекс, — у них всё натуральное, может, и есть можно, — он открыл верхний шкафчик, достал с верхней полки кашу и поставил на столешницу. Туда бы я не достала, слишком высоко для меня. Он достал маленькую кастрюльку, включил плиту, налил воду, насыпал кашу и закрыл крышкой, судя по всему, минут пять — и каша готова. Алекс открыл холодильник, достал дыню, порезал в тарелку и посмотрел на меня, я с восхищением смотрела на него, как он ловко орудует на кухне.
— Аль, я в тебя верю, сам я не знаю, что делать. Если нужна помощь, не стесняйся, — сказал Алекс, продолжая разговор, что мы вели в спальне.
— Сейчас поем и пойду договариваться, — сказала я, кушая дыню, мёд, чистый мёд, какая вкусная.
— Как у тебя дела? – спросила я.
— Как как, сама не видишь, мозг кипит, Мастер пропал, — Алекс снял кастрюлю с печки и вывалил кашу в тарелку, сверху накидал дыни, из холодильника достал листочки мяты и кинул сверху, после подвинул мне. У меня уже слюни почти вытекли изо рта, я взяла ложку и начала есть, радостно смеясь. Алекс сделал бутерброды и поставил рядом, я до них тоже добралась. Себе он разогрел пиццу, мы молча поглощали еду. А я думала, как Ричарда уговорить, в какой момент сделать заявление, Алекс молчал, похоже, видел, что я думаю, решил не мешать. Ричард же может сказать «не могу», и что я сделаю, всё рассыплется как карточный домик. Ещё может у меня что-то попросить взамен, тут нужно сразу идти с крупной карты. Как мне Мирона не хватает, так бы по ролям раскидали. По времени они должны были прилететь, я посмотрела на часы, полчаса оставалось, пора выдвигаться. Я морщилась и почёсывала щёку, всё сыро, сыро, слишком много «как повезёт».
Перекинувшись парой фраз с Алексом, как выяснилось Крутой и Дружелюбный в Италии, гуляют по Риму. Я рада за моих "воспитателей" пусть наслаждаются. Я попросила вызвать такси, и как приехал, назвала адрес, и мы поехали. В десять утра я подошла к квартире, дёрнула ручку и зашла внутрь, дверь была не заперта. Никого не было, похоже, скоро должны приехать все, я зашла на кухню, поставила чайник, заварила пока чай и налила себе, задумчиво посматривая в окно. С Ричардом-то понятно, мы с ним с удовольствием пофектуемся кто кого, но мне совсем не хотелось с Аланом играть. Дверь открылась, и с шумом и смехом зашли мужчины. Я отставила чашку и вышла встречать. Мирон был в летнем костюме, льняном, а в руках у него гитара. Ричард был в красных шортах и белой футболке, он первый разулся и ключи от машины положил на полку возле двери. А Алан зашёл после всех, он мне махнул рукой, приветствуя. Он был в лёгких бежевых шортах и бежевой футболке с надписями. Все весело смеялись, Ричард был счастлив, он даже светился, как был рад всех видеть, я ещё никогда его таким довольным не видела.
— А где Ирина? — спросила я, когда мужчины разулись и пошли в гостиную. Ричард развернул кресла от камина, подвинул небольшой журнальный столик, я села на диван, он был как раз напротив.
— Алён, — устроившись в кресле, сказал Мирон довольным голосом, оглядываясь по сторонам, — Ричард — гений. – Ричард усмехнулся и засмеялся, Мирон ему кивнул, — Он пригласил стилиста из Парижа, он нас встречал вместе с ребятами. — Мирон показал на Алана и Ричарда, — Ричард вручил Ирине безлимитную карту и сказал, чтобы она ни в чём себе не отказала. Предупредил, что праздновать начнём вечером, а скучные мужские разговоры ей не понравятся, Ирина счастливая уехала, только её и видели. – Мирон счастливо выдохнул, погладил кресло и просто в нём утонул, так расслабился, я улыбнулась.
— Как я не люблю летать, кто бы знал, — сказал Мирон, — но к тебе, дорогой друг, я незамедлительно прилетел, — Ричард и Мирон улыбнулись друг другу. Два опытных интригана собрались, слова — мёд, в глазах — патока, одно удовольствие смотреть. Ричард повернулся ко мне и расплылся в довольной улыбке, будто кот увидел сметану. Алан встал с кресла и сел со мной рядом на диван, мне улыбаясь. Я тоже улыбнулась в ответ, так как была рада его видеть.
— Я прочитал отчёт по поводу вашей сестры Елены, — я кивнула, ну всё, сейчас начнётся, как-то надо приготовиться, я собралась. Мирон с беспокойством посмотрел на меня.
— Аль, — проникновенным голосом сказал Ричард, — а наша семья твоих предков давно знает, более того, мои прапрабабки и прапрадеды вместе начинали нашу деятельность. Организовали наше сообщество, скажем так, — я удивлённо посмотрела на Ричарда, его глаза смеялись, потом перевела взгляд на Алана, он мне подмигнул и обнял за плечи. Взгляд Мирона зло посмотрел на руку Алана, но потом поменял выражение на спокойное.
— Да, Аль, ты потомок Перминовских, их порода, — он счастливо улыбнулся, как будто лотерею вчера выиграл, а сегодня за деньгами пришёл.
Я засмеялась.
— Это шутка такая? Каких ещё Перминовских, так баба Маша всегда деда называла, а моя мама меня, когда оскорбить хотела. Порода Перминовская, говорили они, — Ричард опешил.
— В смысле оскорбить, — оскорблённым голосом сказал Ричард, — ты Перминовская, твой дед, а потом и отец — граф Перминовский, они оба старшие дети в семье. – Ричард коршуном посмотрел на меня, — В смысле оскорбление, это древнейший род. Перминовские в России были такими же состоятельными и уважаемыми, как Войты в Британии. – я сглотнула и посмотрела на Мирона, он пожал плечами, похоже, не углублялся в историю моей семьи.
— Я не знала, мне никто не сообщил, и фамилия у меня другая, — неуверенно сказала я, обалдевая от перспектив, которые были у моих предков и которые разрушила революция. Они после революции стали нищими, а были такими богатыми, но хоть живыми, и то хорошо. Но если бы не революция, я бы не родилась, вряд ли мой дед женился бы на деревенской бабе, а женитьба моего отца на моей матери ещё фантастичнее звучит.
— Ну было и было, что об этом, я рада, — меня, честно, волновали другие проблемы, как-то надо вырулить на разговоры об их «покорении мира сновидений». История столетней давности, кому это интересно, непонятно, что Ричард так возбудился.
— Аль, — обескураженно посмотрел на меня Ричард, разведя руками, — для тебя это ничего не значит, что ли?
— А что, недвижимость здесь моя есть, наследственная? – спросила заинтересованно я.
— Нет, — ответил Ричард, смотря на меня как на сумасшедшую, даже когда я творила страшные вещи, он на меня так не смотрел.
— Я вообще не поняла, можешь объясняться яснее, что с того. Кроме фамилии ничего нет, пусто. Я должна грудь колесом ходить и говорить, что я Перминовская, нашлась наконец-то, — я усмехнулась и помотала головой. Для меня это просто кино, мать постоянно меня дразнила этой фамилией, а я вздрагиваю каждый раз, когда слышу. Мирон опять пожал плечами, немного усмехнулся. Ричард открывал и закрывал рот, обескураженно смотря на меня.
— Сестра моя есть, она намного больше истории нашей семьи знает, — сказала я.
— Она не Перминовская, она графиня по отцу, фамилия другая. – взял слово Алан, — У тебя дед — старший сын, он наследует фамилию, а у Лены бабушка Анна, средняя дочь, она вышла замуж за графа Гордымова, а потом и её мать за графа Цыплакова. У вас там много беглых аристократов живёт, целая деревня, они так хорошо скрывались, что все их считали погибшими. Весь цвет русской аристократии прозябал в Сибирской глуши. Я как почитал фамилии, опешил, столько знаменитых фамилий на один квадратный километр не было нигде в мире, — сказал Алан, покачал головой и после положил её на моё плечо, — Так что Елена совершенно неинтересная, она не Перминовская. Хотя по крови, по факту, вы одинаковые, но наследование идёт по мужской линии. – «Какой-то бред, — подумала я, — зачем мне это знать. Какая мне разница, кто на ком женился. Какое наследование, как я далеко от этого», — я скривилась, никакого интереса мне эта информация не принесла.
Алан продолжил, — Просто бабка Прасковья колдовские знания передала ей, потому что она была всегда рядом, а ты жила в другом городе. Там объём большой и учить много, а для сновидения много не нужно, главное знать, что это возможно, и вера в победу. Ребёнок не знает, что есть невозможное, он же учится всему, так что у вас с Прасковьей была своя тайна, я думаю, — он улыбнулся и закончил со счастливым выражением лица Алан, я с неверием смотрела на него, пару раз шумно вздохнула и попыталась вспомнить что-то из такого далёкого детства.
— План у неё был такой, сказала Елена, — продолжил Алан с улыбкой, — в целом поднять это направление, возродить знания опять пустить их в мир, собрать команду, как раньше было. Знаний очень много, то, что нам рассказала Елена, это уникальные методики твоей семьи. И это только начало, мы думали, они полностью утерянные, но, как выяснилось, всё хранилось, – я хмыкнула, Войты всегда красавчики, не отнять у них. Просто на белом коне и на блюдечке им преподнесли знания, я немного расстроилась. Кто знает, что там за знания, может, расклад станет совсем не в нашу пользу, я стрельнула глазами в сторону Мирона, он кивнул, глазами давая понять, что русские тоже всё записывают, —
Алан продолжил, убрав голову с моего плеча.
— Перминовские были частью нашей системы, Прасковья хотела, чтобы в России было как раньше, вы тоже вносили свою лепту в общий вклад. Просто если нет Перминовских, то сама Россия не учитывается в наших делах, так как некому в целом её представлять, — сказал Алан, немного отстранившись. Ричард напряжённо смотрел на меня. Я усмехнулась, это точно, творят что хотят. Алан встал и налил себе воды из бутылки, залпом выпил и продолжил:
— Елену научила Прасковья колдовать, а тебе открыла другие знания, знания мира сновидений. Ты думаешь, родилась и в пять лет сама зашла в сновидение осознанное, никто тебя не учил? – сказал, мягко улыбаясь, Алан. У меня лицо вытянулось, я не помнила, что кто-то меня учил, как осознавать себя в сновидении, я думала, что я гений, сама догадалась.
— Нет, я не помню этого, — сказала я растерянно, — я даже неорганических не вспомнила, пока не увидела, точнее заново познакомилась.
— Из детства мало воспоминаний, может, она в виде игры тебе преподносила знания, никто не знает, — сказал спокойно Алан немного переминаясь с ноги на ногу, поставив стакан, он налил себе воды, потом выпил и сев напротив меня в кресло. Похоже, сидя рядом, неудобно разговаривать. Меня перекосило, я всегда где-то в глубине души себя считала маленьким гением, мне не чуждо тщеславие, что уж. Но выяснилось, что бабка Прасковья меня обучала сновидению в детстве, неорганический в сновидении, а я сама вообще что-то открыла? Я всегда думала, что всё сама, сама. Я опустила глаза в пол, мой мозг отчаянно спорил, он не хотел прощаться с идеей о моей гениальности. Да, удар по ощущению собственной важности нанёсся сокрушительный.
— Спасибо за экскурс в историю моей семьи, стыдно, что я не знала всего этого, но меня не сочли нужным просветить. Мои родственники держались от меня подальше, — с усмешкой сказала я.
— Естественно, все знали о твоей роли, не думаю, что это план одной Прасковьи. Им важно было, чтобы ты росла без клейма аристократки, сама знаешь, после революции это не приветствовалось. Они работали уборщицами, водителями, кочегарами, пастухами, доярками, даже не могли библиотекарями устроиться, только самые простые профессии, чтобы на них никто не обратил внимания. Ты была свободна от этого, а у них были на тебя планы.
— Но почему они со мной не связались? – спросила я, как-то не верилось в эту историю.
— После смерти Прасковьи ты накопила достаточно энергии, чтобы получилось часть энергии забрать у Елены. Твоё тело сновидения хотело заходить ещё глубже в осознанное сновидение, для этого банально не хватало энергии, ты банально её стянула у сестры. — Алан мне подмигнул, я ещё и стянула энергию. Дальше что, страшно слушать. Мирон и Ричард внимательно слушали, не двигаясь, лица у них были напряжённые. — Не думаю, что у тебя был план, просто намерение иногда работает не так, как мы думаем. Мир не логичен, и некоторые вещи логикой не понять, просто принять. — сказал Алан, красиво закинув ногу на ногу, я с восхищением смотрела на него. Какой умный парень, как красиво излагает, чуть слюни не потекли от восторга. Жаль, тема мне неприятная. Всё во мне сильно сопротивлялось всей этой информации, но я упорно слушала.
— Потому что рядом с ними жила Елена, которая не справилась со своей частью роли, — продолжил рассказ Ричард, перехватив инициативу у Алана, он встал и начал медленно прохаживаться между нами, — вы только вдвоём могли осуществить план. План был такой: ты зарабатываешь деньги, — я ткнула в себя, с непониманием посмотрела на Ричарда. Где я, а где деньги, нашли бизнесменшу. Ричард засмеялся и продолжил, — любой долгосрочный план — это риск. Но если бы у тебя появилась цель, ты, может, и решила бы изменить свой путь. В тебя верили, что именно ты, — Ричард выделил слово «ты», — будешь зарабатывать и выведешь их из нищеты. Над этой идеей громче всех смеялась Елена, которая в тебя совсем не верила или не хотела верить. – я хмыкнула. Совсем обнаглели, конфетки мне не дали за всю жизнь, а содержать всех я должна была. Молодцы, план отличный, справились, придумали. У них у всех свои дети, пусть их они и содержат. Глухое раздражение не покидало меня и заглушало принятие глобальной идеи — возрождение всего направления в России, именно я должна была стоять во главе с Ленкой. Как мы бы заявили о себе, я думаю, они бы и подключились, принятие происходило тяжело, я как в тине плавала, затягивало такое ощущение.
— Я тут ни при чём, Ленка меня объявила врагом, — сказала я запальчиво, смотря снизу вверх на Ричарда, который остановился возле кресла и, похоже, думал, сесть в него или ещё постоять, — то, что я забрала у неё часть энергии, так я не специально, я даже не знала об этом, – сказала я, оправдываясь.
— Но Ленка этого не знала. – спокойно сказал Алан, посмотрев мне в глаза. — Она считала, что ты воспользовалась её доверием и, узнав, как это сделать, сделала. Она же не знала, чему тебя Прасковья обучала, есть такая практика, забор энергии, она вполне могла тебя и обучить. – сказал Алан. Ричард сел, похоже, устал вышагивать.
Я пожала плечами.
— Она меня могла спросить, — сказала я тихо, мои руки судорожно сжали подлокотник, костяшки побелели.
— Для неё это было очевидно, — Алан посмотрел на меня, я вздрогнула, — она почувствовала это так, что ты специально сделала это и возненавидела за это. Вы же подростками были, максимализм и всё в этом духе, — Алан с сочувствием смотрел на меня, я хмыкнула. Ленка, конечно, не типичная злодейка, она не просто от зависти возненавидела, а потому что была причина.
— Да, всю жизнь она мне завидовала, вот и вся причина, — вырвалось у меня, — сколько мы будем обсуждать эту историю, у меня скоро изжога начнётся. Терпеть не могу, когда посторонние вмешиваются в мою личную жизнь. Знаете и знайте, я знать ничего не хочу, — вспылила я, подскочила, и моё лицо пошло красными пятнами от злости.
— Да мы тебя не обвиняем, просто рассказали, что как она нам рассказала, — сказал примиряющим голосом Алан.
— Вот и общайтесь дальше с ней, не надо мне всё рассказывать, мне не интересно это. — сказала я, сев в кресло.
— Давай немного уйдём от темы Елены и тебя, иначе ты скоро дом разнесёшь, — сказал спокойно Ричард. Я тяжело вздохнула, похоже, сегодня день откровений, — тебе нельзя волноваться, — сказал Ричард. Похоже энергия ещё полностью не устаканилась.
На последнем слове зашла Ирина, обвела нас взглядом и упёрлась глазами в меня. Она была в красивом голубом костюме, он ей очень шёл. Она выглядела просто потрясающе, красивая женщина в самом соку, с красивой укладкой. Куда делась тётка-бухгалтерша, передо мной стояла стильная женщина, этот образ больше соответствовал статусу. Стилисты творят чудеса. Она была с большим количеством пакетов, которые положила на пол.
— Даже интересно, почему ей волноваться нельзя, — сказала с насмешкой в голосе Ирина, — беременна? — она засмеялась зло. Ошиблась, не потрясающая, та же самая Ирина, какая была.
— Алён, от кого беременна-то, от мужа моего, Алана или, может, от Георгия, он не так давно в командировке, — сказала она, плюхнувшись в кресло на колёсиках и посмотрев на мой живот. Как у неё получается меня помоями облить на пустом месте, как вообще она так быстро вернулась. – У вас же, гулящих, потом не поймёшь, кто отец ребёнка, — она рассмеялась ещё злее.
— Дабы прекратить грязные домыслы, — сказал зло Алан, — Алёна не беременна.
— Алан, мальчик мой, беги от неё, чем быстрее, тем лучше, — участливым голосом сказала Ирина.
— Я сам разберусь, что мне делать, — огрызнулся Алан.
— Я предупредила, — сказала Ирина, подмигнув Алану, который стал красным и зло сцепил зубы.
— Хотел бы быстро закончить, что начал, и уделить внимание Ирине, она почётный гость, — мягко сказал Ричард, переведя взгляд с Ирины на меня. Ну всё, сейчас начнут мою семью при Ирине обсуждать, полная засада, я опустила голову. Мне захотелось в какое-то другое место, желательно подальше отсюда, хоть на край земли.
— Ир, за языком следи, не дома, — резко сказал Мирон.
— Ах, ну да, жену надо оскорбить, чтобы в глазах любовницы выглядеть покруче, — зло посмотрев на Мирона, сказала Ирина.
— Ирина, мы вроде всё обсудили, — сказал Ричард, посмотрев на неё, — и договорились, что вы не будете больше оскорблять Алёну, — примиряющим голосом сказал Ричард, напряжённо посмотрев на неё.
Ирина встала, прошла в коридор как королева и взяла свою сумку, она на полке в прихожей висела. Она с победным видом открыла её и достала пачку, похоже, фотографий, подошла к каждому из нас и протянула, я взяла, рука тряслась. Я посмотрела на фото — там я с Мироном в машине целуюсь, кто-то сфотал практически в упор, подойдя к машине. Все внимательно смотрели фото. Мирон побледнел, Алан покраснел, Ричард вообще не проявил никаких эмоций, даже интереса, ему явно всё равно, с кем я целуюсь.
— Алиса, дочь твоя, Мирон, — со злостью в голосе сказала Ирина, посмотрев на Мирона, — сфотографировала, как ты с этой целовался, — она ткнула пальцем в меня.
Я смотрела на фото и не могла отвести глаз. Вот мы с Мироном в машине. Вот он целует меня. Ирина смотрела на меня с ненавистью — и имела на это полное право. Её ярость мне была понятна. И от этого было ещё паршивее.
Я покраснела, ещё и Алиса видела, понятно, почему она такая язвительная, злится на меня. Девочка ни в чём не виновата, я виновата. Я опустила голову ещё ниже, было ли мне стыдно, нет, я всегда несу ответственность за свои действия и стыдиться мне нечего. Неприятно, да, жизнь определённо дала трещину. Похоже, мне уже точно надо искать другое место работы и другого «жениха». Я вздохнула и с досады цокнула.
— Ирин, у меня вопрос, а зачем вы нам это показали? На вашем месте я бы наоборот, подождал, когда Алан полностью займёт место в сердце Алёны и она прервёт эту связь, — сказал Ричард имея ввиду связь с Мироном, внимательно посмотрев на Ирину.
— Она мне разрушила жизнь, и я ей разрушу. Алан — жених на все сто, — она посмотрела на Алана оценивающе, он в ответ покраснел, в голосе Ирины было злорадство, — обойдётся.
Алан проедал глазами Мирона, который смотрел на фото, не поднимая головы.
— Мирон из дома ушёл, на даче живёт, — она зло посмотрела на Мирона, который просто молчал, похоже, никак не придёт в себя.
— Ирин, я вам расскажу одну историю, которая произошла сотни лет назад, — сказал спокойным голосом Ричард, посмотрев на Ирину, которая отвела взгляд от Мирона и с трудом перевела на Ричарда.
— Одна прапрабабка Алёны, — он изящно развернул ладонь и показал на меня, — соблазнила моего прапрадеда, чуть более дальний прадед он Алану. Может, и он соблазнил, но у нас написано, что подлая женщина вероломно вторглась в семью, а там как было, никто не узнает. –
— Похоже, это наследственное, блядство по наследству передалось, — сказала Ирина, усмехаясь.
Я улыбнулась саркастически, смешно сказала. А эту историю я не знала, похоже, Ричард хотел рассказать, но Ирина перебила своим приходом. Ричард продолжил:
— Моя прапрабабушка узнала об этом и прокляла весь свой род, то есть мой род и род Алёны, чтобы они никогда не могли быть вместе. Предохранилась на всякий случай и прадеду свою силу показала. Энергетическая несовместимость, — Ричард развёл руками, — они не могут заниматься любовью и целоваться. А на вопрос, что это было в выходные, отвечу. У Алёны был подъём энергии, они временно сравнялись. Таких подарков вряд ли ещё жизнь подкинет, чистая случайность. Невозможно им быть вместе, здесь вы никак не разрушаете ей жизнь, они с этим живут. Конечно, Алан будет раздосадован, но не больше, – закончил Ричард, посмотрев прямо в глаза Ирине, она отвела взгляд, посмотрела на меня и сразу перевела взгляд обратно.
— Что за сказки? – спросила Ричарда Ирина, в её глазах стояло неверие.
— Просто вы ничего о таких делах не знаете, а я знаю, это моя специализация. — Ричард, как кот, улыбнулся, — Зачем мне вас обманывать, Ирина, такая история, они не могут быть вместе, хотя и любят друг друга, лет десять, наверно, — сказал Ричард, посмотрев на потолок.
— Недавно узнал, какая фамилия у Алёны, и покопался в книгах. Нашёл, откуда наша вражда с семьёй Алёны началась, вот с этого инцидента. А столько копий было сломано, столько ненависти, а причина, — Ричард забавно приподнял бровь и улыбнулся, — всего лишь адюльтер, — Ричард весело посмотрел на меня, я в ответ улыбнулась одними губами.
— Ненавидим, Алён, мы друг друга по наследству, моя семья твою так ненавидела, что уничтожить пыталась всеми путями, это было взаимно. Я даже на память, как фамилию услышал, долго смеялся, всё повторяется. Теперь мы с тобой враждуем, как наши предки. У нас в семье есть такое выражение: хуже, чем Перминовские, от предков досталось.
— У меня к вам претензий нет, Ричард, тем более ненависти, — сказала я. Как всё пошло не по плану, я с досады могла кусать только губы.
— Да и я не в обиде, — сказал задумчиво Ричард.
— Я должна проникнуться сочувствием и сказать: ну раз так, пусть трахается с моим мужем? Так? – Ирину волновало только одно, в ответ была тишина, она сидела как королева в кресле, королева-обличительница, заговор раскрывает. — А зачем вы рассказывали, как они любят друг друга, зачем меня убедить пытались? – спросила Ирина у Ричарда.
— Это правда, как ни горько это осознавать, — сказал Ричард, — угораздило же детей так влюбиться. – Ричард по очереди смотрел на расстроенную меня и Алана, — Такая пара бы была. Так и вижу заголовки газет, – Ричард провёл рукой по воздуху, — Войты наконец-то закончили вражду с Перминовскими и их дети поженились, какая история могла бы быть. Но увы, ничего не получится, — Ричард практически скрежетал зубами. Что-то у меня возникло подозрение, что как меня использовать, Ричард уже придумал схем десять. Его моя фамилия заела, он на меня периодически бросал взгляды, хотел что-то сказать, но откладывал. Поверь, Ричард, нам нужно много друг другу что сказать, но я даже не знала, как это сделать.
— Сейчас зарыдаю, похоже на сюжет мыльной оперы, — сказала Ирина после речи Ричарда, я посмотрела на Алана, он смотрел на Мирона, который, кривясь, смотрел на фотографии и избегал взгляда Алана.
— Ирин, я понимаю вашу ненависть к Алёне, вполне допускаю, что она обоснованная, но не нужно в ваши проблемы нас посвящать, разбирайтесь сами, — голос Ричарда стал как сталь. Он жёстко посмотрел в глаза Ирины.
— Что значит не ваши проблемы, — с удивлением в голосе спросила Ирина, — у вас с Алёной совместная недвижимость, — она обвела рукой квартиру, — Алан собрался на ней жениться. Я должна предупредить, что она за человек, — оскорблённым голосом сказала Ирина.
— Я прекрасно знаю, что Алёна за человек, мне не нужно глаза открывать, но за заботу спасибо, — сказал Ричард, склонив голову.
— Не ночевали же Мирон и Алёна вместе, — сказал Ричард, посмотрев в глаза Ирине, — не стоит из этого устраивать трагедию. Все мы люди, все совершают ошибки, — взгляд Ирины зло сверкнул, Ричард явно намекал, что Ирина ночевала с ним под одной крышей. Я сделала вид, что не понимаю, о чём речь. Ричард решил, чтобы она успокоилась и немного попридержала лошадей. Одно удовольствие на Ричарда смотреть, мне далеко до него в плане переговоров, но я учусь.
Похоже, карьера моя бесславно закончена, я, грустно понурившись, опустила голову. Но Георгия я заставлю вытащить, работа работой, но мне это важнее всего. Остался финал шоу, отработаю и красиво уйду, что поделать, не прижилась. Мир такой огромный, что не стоит сожалеть ни о чём. Вариантов применить себя огромное количество, физиономии бить я не разучилась, книги писать тоже, так что закрылись одни двери — открываю следующие.
— Я так и думал, что вы, Ирина, очень хорошо на Алёну повлияете, — сказал Ричард, — в вашем присутствии она такая смирная овечка, удивительно, — он засмеялся счастливо. Ирина и Мирон посмотрели на Ричарда.
— Что? – спросил он, — не правда, что ли? – все разочарованно хмыкнули, а я ещё и вздохнула тяжело.
— Я, наверно, пойду, когда Ирина уедет, я вернусь, а то не празднование получается, а очередной скандал и разоблачение. – сказала грустно я, встав, — Я устала, атмосфера невыносимая, я в такой не могу существовать, это не моё, я не хочу больше говорить и слушать. Я уйду, Ирин, как закончу миссию, шоу нужно закончить, ваша дочь там, не хочу подводить девочку. – я имела в виду уйду с работы.
— Не будет твоего триумфа, поняла, можешь не выходить, скажем, что тебя машина сбила, — зло сказала Ирина.
— Как вариант, тоже пойдёт, в принципе, я уже свою работу закончила, — сказала я, сдержанно улыбаясь, – я песни написала, они уже учат.
— Стоп, давайте все выдохнем, — сказал Мирон и встал, — никто никуда не уходит.
— Да пусть валит, — сказала Ирина, подскочив, юбка съехала, её глаза пылали ненавистью, — она точно там больше работать не будет, я позабочусь, да и ты недолго просидишь на своём тёплом месте, понял, — она с ненавистью посмотрела на Мирона.
— Как была дурой ты, Ирка, так и осталась, — сказал Мирон, зло сплюнув, — такой идиотки поискать.
— Я идиотка? – спросила, подскочив, Ирина, — да ты любовницу завёл у меня под носом. Да наоборот, я умная, вас вычислила, это ты идиот, так и не смог спрятаться, я тебя везде вычисляла.
— Давайте упокоимся, — резко сказал Алан, который до этого молчал, — вы, Ирина, сюда поругаться приехали? – она посмотрела на него с растерянностью, — в России не было возможности или вам так нравится ругаться, что вы никак не остановитесь.
— Мне муж изменяет с твоей девушкой, очнись, — Ирина постучала по голове.
— Даже если и так, мы завершили дело, вас пригласили праздновать, это дом Алёны, — он обвёл руками, — нельзя как-то потерпеть до своего дома, там поскандалить. Хотя вечер, можно было себя сдержать? – спокойно спросил Алан. Я не знала, что сказать, хотелось взять за руку Алана и уйти отсюда или не брать. Я была в полном смятении, я виновата, это очевидно, и нет мне оправдания ни в глазах Мирона, ни в глазах Ирины, да и Алана я разочаровала.
— Алё, парень, тебе рога наставляют, ты её оправдываешь? – удивлённо спросила Ирина, — да её гнать надо поганой метлой.
— Спасибо, отец, за сегодняшний день, — Алан Ричарду поклонился, который смущённо отвёл глаза, — зачем она вообще нужна была, — Алан ткнул пальцем в Ирину, которая возмущённо зашипела, хотела что-то сказать, но Алан ей не дал, — ещё и в нашу квартиру пригласил? Она что сделала? – Ричард пожал плечами, — Мы такое дело провернули, уму непостижимое, должны были праздновать, но что мы видим, опять всё внимание Ирине. Все внимают только ей и её горю, разоблачила и устроила скандал, опозорила, молодец. Ей плевать, зачем мы собрались, что огромное дело провернули, все работали, жизнью рисковали, это день нашего триумфа должен быть, но есть только Ирина, — Алан всплеснул руками.
— Ты ненормальный? — спросила Ирина Алана.
— Это ты с ней обсуждал, что на будущих выборах она поучаствует в борьбе за президентское кресло? — Алан недовольно посмотрел на Ирину, — помощь хотел оказать, финансовый момент и все остальные решить? – он ладонью показал на Ирину, которая была в замешательстве, — Ты мне расписывал, как познакомишь её с людьми, которые могут помочь победить. Так вот, я против, участвовать в этом не буду и тебе помогать не буду. — он резал руками воздух, — Я слишком хорошо отношусь к России, чтобы ставить такого президента. Более того, я буду во всём тебе мешать, — закончил Алан решительно смотря на отца.
Я встала рядом с Аланом и сказала хриплым голосом:
— Я тоже против, — я решительно смотрела на Ричарда, — я сделаю всё, чтобы Ирина никогда не стала президентом, моя многострадальная страна просто не выдержит такого президента.
— Я тоже пасс, — сказал Мирон и встал рядом со мной. У него тряслись руки, он был крайне взволнован.
— Ирин, я один не смогу справиться с этой задачей без этих ребят, так что я тоже пасс, — сказал Ричард.
— Ты дурак, Ричард, — Ирина подскочила и заорала. Я согласна с Лией, которая говорила, что, по мнению Ирины, вокруг одни дураки, она даже не стеснялась говорить людям в лицо, что она о них думает. Потрясающая прямолинейность, как она в политике выжила. — Я тебе предлагала такие возможности, всего лишь за поддержку, вы сейчас все ненормальные, что ли? Мне нужно на кого-то опереться, спину, которая не предаст, не на него же, — она ткнула пальцем в Мирона, который вздрогнул, — Мы столько бы смогли сделать вместе, столько проектов, мои возможности, твой ум, как ты можешь отказываться, — Ирина отступила. Опа, оказывается, они обсуждали, как Ричард поможет Ирине кресло президента занять. Высоко решила воспарить Ирина, с таким другом на самый высший пост замахнулась, амбициозно.
— Ирин, не обижайся, но ты пошла войной против Аль, — Ричард показал на меня, — это зря.
— А как мне нужно было себя вести? Она спит с моим мужем, — сказала Ирина растерянно.
— Целовались, процесс соития не был доказан, — сказал Ричард, — судя по фото, поцелуй.
— То есть я виновата во всём? – Ирина была взволнована и растеряна.
— Мы здесь не ищем виноватых, мы собрались праздновать победу, но даже этого вы нам не дали, — сказал Алан, — у вас нет никакого уважения к нам.
— Алан, очнись, может, она тебя приворожила, мало ли? – спросила участливо Ирина.
— Нет, я проверял, — сказал с улыбкой Ричард.
— Тогда я понять ничего не могу, — слегка ошалевшим голосом сказала Ирина.
Я посмотрела на Мирона, который был серый как стена.
— Ты хорошо себя чувствуешь? – спросила его я тихо, он отрицательно покачал головой.
— Ребят, мы с Мироном пошли, кем хотите нас считайте, но, по-моему, Ирина просто Мирона решила до инфаркта довести и героически страдать как вдовушка. – сказала я.
Мирон кивнул, и мы пошли на выход, Алан пошёл за мной.
— Вы больные, что ли? – крикнула вслед Ирина. Мы обулись, и я на выходе сказала:
— Ричард, не стоит лезть в политику в России, даже я не смогу вас защитить от тех людей, которые за вами придут, а она-то сухой из воды выйдет. У неё отец, Мирон, да и родственников полная Государственная Дума, она до седьмого колена всех туда пристроила, а вас не пощадят, подумайте, в данном случае на мою охрану не рассчитывайте, если в это дело вас затянут. Я не самоубийца, жить хочу, — мы обулись и пошли на выход. Мирон забрал свою гитару, которая лежала на входе, похоже возвращаться он не собирался.
— Я услышал, Аль, — за дверью я услышала голос Ричарда.
Мы пошли к лифту и спустились на первый этаж, было очень холодно в фойе, кондиционеры работали на полную катушку. Мы все втроём вышли на улицу, Алан внимательно посмотрел на меня и сказал:
— Аль, а кто-то мне говорил, что всё с Мироном больше ничего не будет, — Мирон и я опустили голову, я подняла и сказала:
— Это было не запланировано, как-то накатило, — ответила я, Алан засмеялся.
— С бывшим не считается, — со смехом прокомментировал Алан.
— Да какой я бывший, — сказал Мирон, сглотнув, — так, никто.
— Мирон, я вас безмерно уважаю, так что никогда не говорите, что вы никто, — сказала я. Тем временем мы вышли на крыльцо, жар нас опалил, просто снёс, мы сделали инстинктивно шаг назад. Но потом мужественно вышли за двери дома.
— Недалеко есть отличное кафе, можно посидеть и поговорить, — сказал Алан, смотря поочерёдно на меня и Мирона.
— А зачем, Алан, что обсуждать? — Мирон ухмыльнулся, — будешь говорить, что я говно. Так мне хватает, мне каждый день говорят об этом, — сказал Мирон.
— Нет, не буду, — сказал Алан, улыбнувшись, — у меня с Лали не платонические отношения, так что мне не в чем упрекать Аль, сам не святой. Воздерживаться от интимной жизни у нас договора не было, да я немного приревновал, но вы сами себя наказали, мне добавить нечего, — закончив речь, засмеялся Алан. Ирина нам разнос устроила по полной. Мы шли по улице в сторону набережной. Дул ветер, как будто из пустыни, обжигая кожу, я лицо прикрыла волосами, чтобы не сгореть. Листва на деревьях пыталась удержаться, так как ветер явно вознамерился её вырвать. Улица была красивая, много деревьев, фрукты свисали, ещё недозревшие. Мы шли по тротуару и смотрели по сторонам, как-то получилось выдохнуть, лицо Мирона приобрело более-менее нормальный цвет.
Мы шли в сторону моря, Алан держал меня за руку, и я понимала, что это самый мой любимый и родной человечек. Я не заслужила такого отношения, он должен был орать, чувствовать уязвлённое самолюбие, ненавидеть меня, но нет. Это не просто подкупало, это возносило Алана в моих глазах на какой-то небывалый пьедестал. Алан смеялся надо мной и крепко сжимал руку, Мирон шёл немного сзади, похоже, он держался из последних сил. Трудное утро, очень трудное, Ирина мозг всем вынесла, похоже, надо натренироваться, чтобы её вырубать и потом она чтобы ничего не помнила, общаться мне с ней невозможно. Хотя, похоже, я уже безработная, надо только дело с Аланом закончить и свобода от обязательств. Решила стать президентом, я слишком люблю свою страну, чтобы ей позволить это сделать. Ричарда решила прельстить перспективой иметь влияние на политику России, амбициозно. Умна, но характер не сахар, хотя мне ли её упрекать, она права в ненависти ко мне.
Интересно, думала я, шагая рядом с Аланом. Мы ведь только что не просто поругались с Ириной. Мы, сами того не планируя, возможно, спасли страну от очень большого хаоса. Не из мести, нет. Просто потому, что она не справится. Не сможет. И от этого на душе было... спокойно. Президент Ирина, нет, только не в этой жизни, она со своей "правдой" переругается со всем миром. У нас и так друзей осталось по пальцам пересчитать, хотя кого я обманываю, их нет, так некоторые страны с нами общаются и поддерживают некие деловые связи. Мы шли каждый в своих думах, жарко, тяжко, но мысль, что скоро море, нас сильно мотивировала.
Впереди уже виднелась полоска моря — синяя, спокойная, совсем не похожая на то, что творилось у нас в душах.